Книга Шанс для глупой злодейки, страница 22 – Мария Ясная

— Как жаль, — Изабель вздохнула с театральной печалью. — А мы так надеялись, что вы встретитесь. Это могло бы помочь… ну, ты понимаешь.

— Помочь чему? — Арабелла подняла бровь.

— Вызвать ревность Адриана, — быстро вставила Кора. — Ты же сама хотела.

— Да, хотела, — Арабелла опустила глаза. — Но не получилось. В следующий раз.

Изабель и Кора снова переглянулись. Арабелла видела, как напряглись их плечи, как побелели костяшки пальцев, сжимающих веера. Они планировали ловушку — поддельное письмо, беседку, свидетелей. Им нужно было, чтобы глупая Арабелла попалась, чтобы её увидели с Деймоном. Но она не попалась. И это бесило их.

— Ты не расстраивайся, — сказала Эмма, которая до этого молчала. — Ещё будет возможность.

— Конечно, будет, — Арабелла улыбнулась ей, и в этой улыбке было столько тепла, сколько она могла изобразить. — Спасибо, что беспокоитесь.

Кузины пробыли ещё с полчаса, расспрашивая о бале, о принце, о газете. Арабелла отвечала уклончиво. Они уехали раздражённые, но стараясь этого не показывать.

Арабелла осталась одна.

Вечер опустился на город синей дымкой. Арабелла стояла у окна в своей спальне, глядя, как зажигаются первые звёзды. В руке она всё ещё держала письмо Деймона — перечитала его раз десять, и теперь уже знала наизусть.

Она пыталась убедить себя, что её интерес к этому письму — чисто прагматический. Деймон — человек, который хочет расстроить её помолвку. К нему нужно относиться с холодной головой.

Но сердце не слушалось.

Она вспомнила их танец. Вспомнила его глаза — тёмные, с прищуром, в которых читалось недоверие, но и… что-то ещё. Любопытство. Или вызов.

Но пальцы сжимали письмо, и она не могла заставить себя его порвать.

Арабелла подошла к шкатулке, достала дневник и на чистой странице написала:

«Это безумие. Я не хочу снова потерять себя, позволить чувствам затмить рассудок, стать марионеткой собственного сердца. Он — ловушка».

Она захлопнула дневник и спрятала его под подушку.

— Я справлюсь, — прошептала она. — Я не позволю чувствам управлять мной. Не в этот раз.

Приём у баронессы де Лак был в самом разгаре, когда Арабелла поймала себя на мысли, что ей скучно.

Раньше она обожала такие вечера. Блеск хрусталя, шепот платьев, запах дорогих духов, мужские взгляды, которые она ловила с искусством охотницы, и женские — завистливые или восхищённые. Она вплывала в зал, как корабль под парусами, и весь мир должен был склониться перед ней. Ей казалось, что быть в центре внимания — это и есть жизнь.

Теперь она стояла у колонны, сжимая в руке бокал с лимонадом, и смотрела на танцующие пары с чувством, похожим на усталость. Те же лица, те же улыбки, те же взгляды, которые она научилась читать как открытую книгу. Вот леди Мортон делает вид, что не замечает графа Эштона, но её веер повёрнут в его сторону. Вот молодой секретарь посольства пытается втереться в доверие к старому герцогу, который вот-вот закроет глаза от скуки. Вот две девицы перешёптываются, косясь на неё, и Арабелла почти слышит: «Слышали, что пишут в газетах? Говорят, она тайно встречалась с младшим принцем…»

Она невольно усмехнулась. Если бы эти девицы знали, как мало её теперь волнуют их сплетни.

— Вы сегодня задумчивы, — раздался голос у самого уха.