Книга Биатлон. Мои крылья под прицелом, страница 179 – Анастасия Разумовская

— Сильнее золота, — торжественно заверил он.

А я вдруг поняла, что давно знаю это. Очень давно. Всю жизнь. Ну, по крайней мере, с той минуты, как увидела его на пороге квартиры. А может, догадалась ещё тогда, когда Аратэ уступил мне место на магическом турнире? Знала, хоть и никогда не анализировала это. И поразилась тому, какой идиоткой я всё это время была. Почему? Потому что смотрела только на синие очи ледяного принца?

— Я понимаю, — серьёзно продолжил лепрекон, — что ты меня сейчас не любишь, но рано или поздно твоё сердце оттает. А я всё сделаю, чтобы это случилось быстрее. Да я, конечно, не принц Эрсий, но… Я же лучше, Иляна. Неужели ты этого не видишь?

— Вижу, — рассмеялась я.

Положила руки на его плечи, потянулась и поцеловала в губы. Рыжик вздрогнул и ответил. Как тогда, в наш первый поцелуй: жарко и нежно. И я практически ощутила физически, как с его плеч свалилась громадная чёрная гора. Даже жалко было расстраивать, если честно.

Растрепала его волосы, отстранилась.

— Но я — инвалид, Аратэ. Я никогда не смогу ходить, понимаешь? Поверь, ни один врач мне помочь не сможет. Так что не порти себе жизнь.

— Мы попробуем ещё, — зло возразил лепрекон. — А если нет — не беда. Не можешь ходить — буду носить тебя на руках.

И он вдруг и правда подхватил меня.

— Ты что делаешь⁈ — запищала я, но Аратэ закружился, и пришлось вцепиться в него, чтобы не упасть.

Поженились мы в начале апреля.

К этому времени лепрекон уже удивительно гармонично успел освоиться в окружающем мире. Его карьера росла просто стремительно. Мы взяли жильё в ипотеку, хотя со слов Аратэ это было ужасно невыгодно.

— Ваши лепреконы совсем утонули в жадности, — ворчал опальный сын Золотого дома.

— Так инфляция же! — пожала плечами я.

Он лишь покачал головой с сомнением.

А ещё пообещал к осени пробить мне специальную машину для инвалидов. И в целом лепрекон обрастал связями едва ли не быстрее, чем финансами. Прошло всего три месяца, а Аратэ уже крепко стоял на ногах, освоил ноутбук, постоянно был с кем-то на связи, мониторил международную политику и оперативно во что-то вкладывал финансы. Мне кажется, я бы в их мире осваивалась намного дольше. Неужели наш мир настолько проще? А какого влияния добьётся Аратэ, например, через десять лет? Признаться, это пугало. Особенно в сочетании с теми самыми загадочными лепреконами, давно живущими в нашем мире, о которых муж упоминал. Что, если нами правят уже не люди?

Когда мы въехали в просторную трёхкомнатную квартиру, ещё до свадьбы, я подрулила к панорамному окну с видом на Неву.

— Ой, а можно я буду жить с вами? — пропищала воодушевлённая Альма.

Мама дёрнула её за локоть. Аратэ глянул на них и печально развёл руками:

— Когда-нибудь обязательно. Но пока что, увы, у меня получилось достать лишь маленькую квартирку.

Мне захотелось его пнуть. Вот же… денежный мешок! Маленькая квартирка у него!

— Но лучше я подарю тебе другую. На свадьбу, — предложил Аратэ, — как раз к этому времени мы с Иляной выберемся из нищеты…

Пнуть захотелось ещё сильнее.

Вечером я попыталась объяснить мужу, что такими заявлениями он унижает мою семью, но…

— Лясенька, — немного раздражённо и уязвлённо отмахнулся лепрекон. — Твоя семья мне роднее родной и другой у меня нету. Но давай называть вещи своими именами? Нищета — это нищета и есть.