Книга Попаданка для Лорда-Дракона, страница 12 – Тоня Рождественская

И не обращая внимания на мою гримасу, продолжает.

— А именно было бы весьма желательно, чтобы вы все-таки вели себя привычным образом, принятым в обществе, а не лазали по зеленым насаждениям, словно полоумный енот.

— Я не лазаю по зеленым насаждениям! – возмущаюсь я, поправляя сбившееся в кучу платье.

— Правда? – вздергивает бровь молодой фон Крафт. – А как же тогда это называется?

— Я… я… – во мне сейчас крутится много слов, и большинство, если честно, нецензурные, но нормального объяснения происходящему среди них нет.

— Сначала вы странно разглядываете себя у пруда, затем снова забираетесь в кусты…

— Вы что – следили за мной?! – возмущенно восклицаю я.

— Мне приходится это делать, раз уж вы ведете себя как настоящая ненормальная.

— Ну так пойдите и найдите себе нормальную, которая согласится на ваш идиотский план! – не выдерживаю я, гневно глядя ему прямо в его бесстыдно красивые глаза.

Он пристально смотрит на меня, не отрывая взора. Его недовольство очевидно, он глубоко дышит, словно сдерживает закипающую внутри злость. Его неприкрытая мужественность и очевидная сила незримо давит. Я пытаюсь выдержать это, не склоняясь перед очевидным доминированием, но это дается нелегко. Ему ничего не стоит схватить меня и раздавить, как букашку. И сквозь напускную галантность легко просматривается стальная воля и внутренняя мощь.

Растерянная и смятенная, я не нахожу ничего лучше, как бросится наутек, но он проворно хватает мою руку, притягивая обратно к себе.

— Не играйте со мной, леди Энгрин, – говорит он, медленно растягивая слова, и в его тоне сквозит неприкрытая угроза. – Мы заключили с вами сделку, и я настоятельно требую, чтобы вы выполнили ее, не ввязываясь ни во что предосудительное.

— Ладно, ладно, я поняла… – побеждено увожу взгляд, но он властно хватает меня за подбородок.

— Обещайте мне, – говорит Эрик, глядя прямо в глаза.

— Обещаю, – сдавленно отвечаю, понимая, что еще секунда этой непонятной и пугающей близости и я окончательно потеряю всю уверенность.

— Отлично, – говорит мужчина, даруя свободу, и я тут же отстраняюсь, пытаясь вернуть себе хоть капельку самообладания.

Его лицо по-прежнему непроницаемо, и все-таки сквозь ледяную маску проскальзывает что-то странное.

— Я провожу вас в дом, – говорит он спокойно, и все-таки безапелляционно. – Чтобы у вас больше не возникло никаких желаний по сбору гербария.

Я закатываю глаза и поджимаю губы, но все-таки соглашаюсь, принимая его локоть. Ну и угораздило же меня вляпаться в подобную авантюру!

Усаживая меня на прежнее место, Эрик снова напоминает о том, чтобы я вела себя как полагается и вновь удаляется. Вероятно оттого, что моя компания уже начинает его порядком раздражать.

Что ж, у меня и у самой больше нет никакого желания ввязываться во чтобы то ни было. Я собираюсь просидеть тут до конца вечера, раздумывая над тем, что произошло в кустах. Как бы странно это ни звучало…

Еще бы не так зверски хотелось в туалет…

Начинаю неосознанно оглядываться, хотя что я ищу? Таблички «м» и «ж»? На счастье мимо проходит миловидная девушка.

— Простите! – окликаю ее я, и она тут же охотно поворачивается ко мне. – Простите, а вы не подскажете, где здесь дамская комната?

Лицо девушки непроницаемо. Что она думает обо мне? Что я обратилась к ней, не будучи представленной? Что спросила о том, о чем нельзя спрашивать? Господи, раньше было столько правил и условностей, какое-нибудь да нарушишь! А ведь я обещала вести себя как полагается.