Книга Русалочка с Черешневой улицы, страница 48 – Кейт Андерсенн

— Моя семья хотела хоть одного интеллигента заполучить в родословную, сама знаешь. Эр замутил что-то с авокадо — соус, половину которого размазало по стене.

— Я же извинился!

— Ну да, ну да, только стену все равно оттираю я.

Решка улыбнулась. Если жизнь пытаться поймать за хвост — и не случится таких безмятежных утр. Чем дольше человек живет, тем меньше он знает, и это… чудесно ведь.

— А что за соус? — уселась она с ногами на табурет, и усилиями хороших людей перед ней тут же возник дымящийся кофе.

— Это круассан с яйцом пашот и соусом гуакамоле. Я посмотрел…

Вообще, он это подсмотрел ещё в реке вечности однажды, как и многое другое. И мечтал попробовать.

— На ютубе? — предположила Даша, обнимая чашку ладонями и наслаждаясь густотой аромата. — Спасибо!

— Угу, — кивнул Эрик — он уже неделю жил словно во сне и просыпался лишь временами, когда мороз уж слишком спадал… Но сегодня с утра серебряное волшебство на деревьях сделалось только плотнее, так что жизнь текла сказкой дальше. — Дамы… прошу за стол. Решка, а что ты пишешь?

Пока Аня уселась, лукаво поглядывая на замечтавшуюся Дашу, Эрик споро оформлял завтрак: срезанный вдоль круассан заполнялся яйцом, витая верхушка накрывала начинку, а соус разлился бледно-зеленым озером по бокам.

— Она время от времени пишет опусы о жизни, — пояснила Нюрка. — Чаще депрессионные — это она только с виду такая веселая, а на деле — плакса и трусиха. Сигизмундович — наш языковед главный — говорит, что у Решки талант, как неогранённый алмаз, только она не хочет его… гранить.

— Нет, в этот раз все солнечно..! Пока, по крайней мере… О Старике, который держит старую таверну и его друге — девушке, которая рассказывает ему о своих взлетах и падениях…

Эрик поставил перед девушками тарелки.

— Вау! — воскликнула Аня и, воспользовавшись пальцами вместо ножа и вилки, взяла “быка за рога”. — Ох, Эр, твоей жене повезет!

И зыркнула в сторону Стрельцовой многозначительно. Та пропустила замечание мимо ушей.

— Спасибо, Эр! Ну, а вот как вы думаете — что, если от жизни ничего не ждать? Просто идти, наблюдать, радоваться… Это решение? Чтобы не переживать о пустяках? Может получиться?

— Начинается… Эр, это все твое влияние, сто процентов. И та девушка влюбилась в принца, правда?..

Берестовой гневно заткнули рот куском круассана.

— Не веди себя, как Урсула, она плохо кончила, — сурово сдвинув брови, погрозила вилкой Дашка.

— Ладно… — расхохоталась Берестова, — обговорим планы и обязанности на сегодня — к нам пожалует Вася Звездный, не кто-нибудь!

— А кто это? — простодушно уточнил Эр.

— М-м!!! — Стрельцова наконец добралась до гуакамоле.

* * *

Вечер пришел быстро. Во-первых, потому, что это декабрь — а в декабре вечера приходят быстрее, чем в любом другом месяце года, а во-вторых — за приготовлениями.

Эрик был брошен на “кондитерские работы”, Решке досталась уборка. Берестова же занималась маркетингом, связями с общественностью и прочей ерундой, как оказывается, непременной при организации любого квартирника.

В какой-то момент Решка сдулась и подсунула доверчивому Эрику идею поменяться обязанностями. В итоге она застряла на кухне и они лепили имбирные звездочки, обсуждая Старика и его таверну — он был моряком с бурным прошлым, а под конец жизни решил осесть на берегу… а девушка работала в городской пекарне, конечно же. На сердце у обоих разливалось тепло то ли от духовки, то ли от незатейливого и такого настоящего разговора. Но после Нюрка увидела и разогнала — ей, дескать, именно сегодня нужен не роман, а наивысший КПД, и в ванной до сих пор душ не чищен.