Книга Адреналин для Рины, страница 251 – Кейт Андерсенн

Перри поморщился и осторожно сместил ее ладонь с ожога.

— Конечно, живы… А кто-то с сотрясением мозга сунулся в рушащийся дом и едва не угробил себя… Впрочем, это было твоим увлечением еще с Италии.

Рина всхлипнула и прижалась к Зеленому. Торопливо она заговорила:

— Не уходи, пожалуйста… Не исчезай… Люди… всегда будут толпой с меняющимися желаниями… А мы не должны менять историю. Мы просто должны писать свою. Не важно, в каком времени, в каком месте, это совсем не важно! Если же ты непременно должен сражаться за свою идею и намерен исчезнуть, то я исчезну с тобой… Даже не говори ничего, понятно?! — Рина приложила палец к его губам, видя, как он улыбается и собирается возражать. — Звездный Капитан, тоже мне! Беспокоится обо всех, кроме себя! Я же клялась, и ты клялся… Что даже после смерти… Так что это не обсуждается — никуда я без тебя не отправлюсь. Ни в будущее, не в прошлое! Да, и между прочим, компас замыкает круг времен, его нашли в Бермудском…

— Теперь нам нет дела до Компаса, — вдруг сообщил рядом Бродяга, потираясь головой о ноги Рины, не уместившиеся на коленях Зеленого.

— Почему?.. Ведь он близко и…

— Антон отнял октант, — пояснил Зеленый, снимая ее палец со своих губ, а потом заправляя ее волосы за ухо и распутывая кончики пальцами правой руки. — И я теперь ничего общего со Светочами не имею.

— То есть… — Рина потеряла дар речи. — То есть… — она искала слова и не находила.

— Мы схватились на фелюке, но, когда дом, в котором вы скрылись, загорелся, мне стало плевать на все, — усмехнулся Зеленый, читая на лице Рины радостное изумление. — И теперь я такой же человек, как и другие. Сухаревский же — Светоч. И перенесся в какое-то пространство.

— Вот идиот, — прокомментировала Ракель. — У него ведь морская болезнь.

Зеленый расхохотался. Весело и свободно.

— Я думал, что октант дает свободу, а любовь ограничивает. А оказалось… — он посмотрел на Рину долго и многозначительно.

Ракель кашлянула.

— Тут… это… — и сунула Рине в руки горячий перстень, быстро ретируясь к котам. — Да, Молния, они уже муж и жена.

— Она спасла Молнию и теперь с ней разговаривает, — фыркнула Рина, надевая перстень с аметистом на палец и любуясь, как закатный луч играет в гранях камня.

— Что это? — Перри взял ее за запястье, придирчиво вглядываясь в собственный подарок. — Разве у тебя его не украли?..

— Украли, — кивнула Рина. — Но украденное должно возвращаться к хозяевам, не так ли?.. — и лукаво подмигнула.

— Мы его вернули!

— Сумасшедшая, — выдохнул Перри, целуя ее.

— Просто… — прошептала Рина, — просто я была обязана дать тебе знать, что ты значишь для меня все…

* * *

— …Дедушка — просто изверг. - тем не менее, Бродяга довольно наворачивал омлет с пальмового листа. — Твердит, что скорее поверит, будто Винд его внук, чем я. Вонючка Винд!

Молния что-то промурлыкала, толкая его боком. А Бродяга возмущенно выгнул спину.

— Немудрено, для внучка староват, — перевела Ракель и расхохоталась, проведя по пушистой поросли кудряшек рукой. Ей нравилось, как те щекотали ладонь.

Лодка покачивалась на волнах. Бульдог стоял у руля, а Круглый, Статный, Бьорн и Райнер исполняли песню про свободный ветер. Винд стоически терпел троих молодых котов, что забавлялись с его хвостом и ушами.