Книга Адреналин для Рины, страница 222 – Кейт Андерсенн

* * *

* * *

За окошком плескались сумерки, фелюка плавно покачивалась на волнах, как колыбелька. Рина сидела в кровати, не в силах самостоятельно ее покинуть, и мрачно жевала галеты. Их притащил Бродяга, когда она пожаловалась, что оголодала.

— Значит, надежда на лучшее будущее есть, — ответил кошак, притащив бумажную пачку.

И смылся, не поддержав робко начатой Риной беседы. Конечно, кто ее захочет видеть после того, как она хотела отказаться от клятвы. И на какое там будущее у него есть надежда? Зеленый наябедничал, что ли?.. Надежда, что с ума не сошла? Фи!

Из чувства протеста она не сразу притронулась к печенью.

А что ей оставалось делать?.. Она просто обязана защитить людей от себя! Если они будут близко, то подобные обиды будут случаться каждый день… Немая ярость превратилась в пустоту. Пустота — в глубокую печаль. И когда сон уже лез через уши, Рина все же уселась, опираясь о подушку, и начала поглощать галеты одну за другой, не чувствуя ни вкуса, ни насыщения. Хотелось сгинуть с лица земли от того, что сказала Зеленому. Она бы хотела остаться его женой и жить как все… Завести дом, собаку, посадить дерево и все такое… Но опыт подсказывал — не создана она для спокойствия и доверия. И любое ее действие причиняет всем, кто приблизится, вред. Даже взять последние события: блаблакарщики, Ракель, моряки, Бродяга, Перри — все, кто к ней сделал хоть один лишний шаг, получили кучу проблем. И к счастью, сознают это и держатся вдалеке весь сегодняшний день. Она проклята, заклята и не в силах справиться с этим. Закатные Облака — глупая байка бабушек, которые кормят голубей на набережных. С таким справиться невозможно…

Рина надкусила еще одну галету, осыпая себя крошками. Брови ее были крепко сведены, нос сморщен. Да, это горько, но так лучше — быть одной. И свободной.

Как она сможет исполнять роль жены, чтобы его не ранить? Может, просто пойти прыгнуть за корму и дело с концом?.. Рина постучала себя по лбу, как обычно не обращая внимания на боли. Это будет признаком поражения. Она не сдастся так просто. Она же боец.

В изнеможении она бросилась на подушку. Неужели жить, вот так не понимая жизнь, — справедливо?..

И нужно ли теперь искать Светочей?.. Лучше спать. И не просыпаться. Самое простое решение проблем.

* * *

Рине очень хотелось выйти. Дверь была закрыта, и за солнечный день каюта нагрелась. А снаружи — свежий воздух, море… И еще доносятся звуки дикой песни про свободных как ветер. Веселятся там. А про нее и не думают… Рина хмыкнула и уставилась в потолок.

А выйти таки придется. Она — бяка, но бороться с этим надо. Как тогда Бродяга сказал, постельный режим не похож на сражение. Нервный срыв утих, но последствия-то остались… Рина опустила ноги на пол и мелко задрожала. И холод внутри. Неуемный.

Что ж. Таков ее крест. Одним с крестом везет больше, иным меньше. Рина встала, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Вроде бы тупая боль в затылке уже не такая сильная. Да и голова кружится менее заметно. Может, снова пронесло и нет никакого сотрясения? Да и разве повредит ей еще больше удар головой?..

Фелюка качалась нежно, совсем не препятствуя перемещению. Рина открыла дверь и с наслаждением вдохнула аромат ночного моря.

«Свободны как ветер, мы свободны как ветер», — пел Статный, пока Круглый выписывал смычком мелодию по струнам скрипки.