Книга Ева особого назначения, страница 15 – Майя Грин

— Эй, первогодки! — крикнул тот самый «кот» со шрамом, уже отмывший карабины. — Цветочки для мамочки уже заказали?

Его товарищи захихикали. Мои пацаны замерли, не зная, как реагировать. Я остановилась и медленно повернулась к старшекурсникам.

— Курсант Зимин, — сказала я тихо. — Я вижу, вы не только флорист, но и певун. Прекрасно. Командование как раз озабочено подъёмом боевого духа. Завтра перед построением Вы лично исполните для всего батальона гимн Академии. Без фонограммы. Думаю, Ваш голос всех воодушевит.

Лицо Зимина вытянулось. По строю его товарищей пробежал сдержанный смешок.

— А если стесняетесь, — добавила я, — то всегда можете выбрать альтернативную нагрузку. Например, проползти пластунским ходом периметр плаца с букетом астр в зубах. В качестве тренировки перед нашими общими учениями.

Наступила мёртвая тишина. Мои первокурсники вдруг выпрямили спины. А старшекурсники, пробормотав: «Так точно, товарищ сержант», поспешили ретироваться.

Я посмотрела на свой взвод.

— Видите? Даже у самых усатых и бородатых свои слабости есть. На учениях помните об этом. Всякого такого «Зимина» можно поставить на место не только кулаком, но и парой верных слов. Если, конечно, ваши головы будут работать быстрее, чем языки. Вольно, на ужин.

Они пошли, и на этот раз в их усталой походке была уже не просто покорность судьбе, а нечто новое — уверенность. Они знали, что «мамочка» не даст их в обиду не только зверю, но и старшекурсникам. А это было лучшей подготовкой к октябрю. Они учились держать удар — любой. И потихоньку начинали понимать, что такое настоящее братство. Чего я и добивалась.

Тера Ева.

За неделю до учений плац превратился в гигантскую выставку снаряжения. Я выстроила взвод, а перед ними на брезенте разложила всё, что полагалось брать с собой в северный сектор и кое-что сверх того.

— Смотрим и запоминаем, — внушительно начала я. — Ваш рюкзак — это ваш дом, аптека и оружейная на трое суток. Каждая вещь в нём должна иметь минимум две функции.

Я взяла стандартный армейский паёк.

— Консерва гречневая с говядиной. Калории, сытность. А банка? — Я показала на жестяную ёмкость. — Пустая банка — это кружка, ёмкость для кипячения воды, сигнальное зеркало. Выбрасываешь банку — лишаешь себя трёх инструментов. Понятно?

— Так точно! — хором отозвался взвод.

Дальше пошла аптечка. Я вытряхнула её содержимое на брезент.

— Йод, бинты, пластырь. Это знают все. А это? — Я подняла маленькую катушку прочных ниток и иголку.

— Ремонт снаряжения? — неуверенно предположил кто-то.

— В том числе. Но в первую очередь — извлекать занозы и сшивать рваные раны, если до медика с его магией десятки километров. А это? — Я ткнула пальцем в упаковку гигиенических прокладок.

В строю пробежал смущённый смешок.

— Ну, для девушек...

— Для крови, идиоты! — оборвала я. — Это лучший кровоостанавливающий материал! Стерильный, гигроскопичный. Забудьте, для чего их рекламируют. Запомните, что они спасают жизнь при ранении. И никогда не смейтесь над этим в своём снаряжении.

Затем настал черёд портянок.

— Носки — для города. Портянки — для войны. Они лучше впитывают влагу, их можно развернуть и просушить у костра, в них меньше шансов стереть ногу в кровь, если вы, конечно, умеете их наматывать.