Книга Долгий путь домой, страница 73 – Елена Алфеева

— Велена!- я услышала, как Зареслав окликнул меня. За время пребывания в усадьбе я уже привыкла к этому имени. И, пожалуй, назови меня кто нибудь Катей, я бы уже не отозвалась.

— Ты не будешь против моей компании?

Зареслав догнал меня, и взял за руку, переплетя наши пальцы.

— О чем думаешь?

От его улыбки, у меня в груди сильными надрывными толчками забилось сердце.

— О том, что даже мысленно не называю тебя Артёмом.

— Хм… Делаешь успехи в адаптации. А еще?

— Еще? Еще у меня в голове не складывается общая картина происходящего.

— Поясни. Что именно тебя настораживает?

— Во-первых, как так удобно получилось, что и Астия и Посвят, так удачно отбыли в загробный мир. Во-вторых, неужели Астия настолько умна, что столько лет проворачивала свои махинации, и ни кто, ни чего не замечал? Тогда следующий вопрос, почему вчерашние соратники так легко, без борьбы отвернулись от неё.

— Как раз эти вопросы и пытается сейчас прояснить Данияр. Кое-что я могу тебе рассказать. Как раз в смерти Астии и Посвята нет ничего удивительного. Ты и твой разум сплетены с энергетикой этого мира. Я думаю, что эта энергия разумна. Разум энергетической системы формировался тысячи лет из мыслей и душ сотен представителей Дивеев, а может наоборот, Дивеи стали материальным воплощением этой энергии. Энергия мысли мироздания сублимируется и может материально воплотиться в виде еще одного представителя рода Дивеев. Когда ты сказала, что Астия должна исчезнуть или пойти под суд, ты к какому варианту развития событий склонялась мысленно?

— Честно сказать, мне не хотелось громких разбирательств. Потому, что тогда могли бы всплыть вещи, о которых я предпочла бы не говорить никому.

— Вот и ответ. Ты захотела, чтобы она тихо исчезла, и мир тут же выполнил твоё желание. Такая же ситуация и с Посвятом.

— Я не думала, о том, чтобы его разорвали лошади,- испугано сказала я.

— А, что думала?

— Чтобы он получил, то, что заслужил.

— Энергия мира разумна, ты уже много раз это чувствовала. Она не добра, не зла, не справедлива и не предвзята. У неё нет моральных табу, жалости или жестокости. У неё своя правда. Например, когда волчица убивает своего раненого волчонка, она по-своему милосердна. Она не обрекает его на большие мучения, оставляя медленно умирать и нести потенциальную угрозу другим волчатам, которым очень трудно сохранить жизнь в дикой природе. Хотя раненому волчонку, безусловно, хотелось бы выжить.

— Ты сейчас серьёзно?

— Вполне.

— А ты тоже так можешь?

— Сливаться разумом с миром? Пока не в полном объёме и только через тебя. Думаю, что именно поэтому, мне не дали самому убить Посвята. Наши с тобой мысли и поступки должны быть чисты.

— Так и знала, что здесь какая-то засада! Как же мне быть постоянно доброй и справедливой? Это же так трудно! А вдруг, я разозлюсь на человека, а он возьмет, уснет и не проснётся?

— Согласен. Очень трудно постоянно сохранять чистоту мыслей.

Разговаривая, мы обошли озеро, и присели на лавку.

— Что касается проделок Астии… Она, безусловно, была умна, решительна, целеустремлённа и не очень-то совестлива. Однако этого мало, чтобы провернуть то, что сделала она. У неё были некие магические способности, но и этого недостаточно.

— Ты меня так ненавязчиво подводишь к мысли, что у неё было прикрытие? Кто-то очень могущественный?