Книга Сталкер на каникулы, страница 52 – Анна Кейв

Но не только это огорчало Василину. Роберт начал от нее прятаться. Он все время проводил за своей партой, зная, что Василина не сможет зайти в чужой класс — у нее просто не было для этого повода. Если кабинет был закрыт, то, завидев ее и Женьку на горизонте, он торопливо уходил в буфет — в самую гущу давки.

Поэтому Василине требовался новый план. И в этом ей очень помогли рассказы мамы. Вдохновившись ее образом Леди Катастрофы, Василина гордо представила Женьке:

— «Дама в беде»!

— Будешь намеренно вляпываться в передряги, чтобы Роберт тебе помог? — выгнула бровь подруга.

— Именно! Маме это помогло сблизиться с папой.

— А если он и на это никак не отреагирует? — резонно спросила Женька, вгрызаясь в шоколадку.

— Значит, нужно попадать в такие ситуации, чтобы он точно не мог пройти мимо.

— А может, присмотришься к тем, кто к тебе подкатывает? Среди них есть и покрасивее Роберта.

Василина цокнула:

— Перестань предлагать мне сдаться. Ты меня этим оскорбляешь.

— А ты себя унижаешь! — парировала Женька. — Вот у нас с Артемием…

— Вот только не надо корчить из себя спеца по отношениям, — отрезала Василина, перебив ее. — Вы каких-то три месяца встречаетесь, а гонору, будто золотой юбилей отметили.

Насупившись, Женька спрыгнула с подоконника и демонстративно положила на него недоеденную шоколадку. Круто развернувшись, она молча вышла из туалета, громко хлопнув дверью.

Изумленно захлопав нарощенными ресничками, Василины хмыкнула, решив, что общение с Безножкой плохо повлияло на подругу. За все годы дружбы они ни разу не поссорились, пока в жизнь Женьки не вторгся Артемий. Она не только стала проводить с ним много времени, но и переняла некоторые фразочки, глупые шутки, а самое главное — начала высказывать Василине странные вещи, постоянно ссылаясь на свой «опыт» в отношениях. Это злило, раздражало и…

Да, Василина уже не раз признавалась самой себе, что завидовала подруге. Ей ничего не стоило начать отношения — они сами ее нашли, Женьке даже делать ничего не пришлось. А вот Василина вела неустанную борьбу, раз за разом разрабатывая новые стратегии. В ее хорошенькой головке постоянно крутилась мысль о том, как несправедлив этот мир — почему кому-то все доставалось легко и просто, а ей приходилось пробираться через тернии, огонь, воду, медные трубы и бог весть что еще?!

Настроение Василины куда-то смылось. Наверное, в унитаз, она же по-прежнему сидела в туалете. Выбросив остатки шоколадки — аппетит пропал вместе с настроением — она решила, что сегодня тот самый день, когда можно прогулять оставшиеся уроки. Тем более дальше у нее в расписании шла ненавистная химия, затем физкультура, по которой у нее было освобождение из-за недавнего бронхита, а последним уроком география. Контурную карту по ней она снова забыла. Точнее, та просто не влезла в маленький рюкзачок.

В общем, причин было достаточно, чтобы со спокойной совестью отпроситься у классной, притворившись, что у нее разболелся живот. Для девочек это было волшебной отмазкой — учительница всегда отпускала. Главное, не наглеть и пользоваться ей не чаще раза в месяц, чтобы не уличили во вранье.

Выскочив на улицу, она глубоко вдохнула весну — запах талого снега и сырой земли. Василина любила это время года. Оно вдохновляло ее, придавало сил и энергии. По весне она начинала заниматься спортом — включала видео-тренировки на ноутбуке у себя в комнате и расправляла на полу фитнес-коврик, который больше полугода пылился на шкафу. По весне у нее обязательно появлялось какое-нибудь мимолетное хобби — в этот раз Василина занялась свечеварением. По весне все ее чувства обострялись на максимум. Поэтому и любовь к Роберту стала еще ярче. Если бы можно было провести параллель между любовью и кофе, Василина точно сказала, что ее чувства сравни самому крепкому насыщенному эспрессо из зерен робуста.