Книга #совершеннолетние, страница 51 – Анна Кейв

Мира подсела на кровать рядом с Илоной, показывая разворот.

— Смотри, в двадцати километрах отсюда есть музей под открытым небом «Тальцы». Написано, что этот архитектурно-этнографический комплекс раскинулся аж на шестьдесят два гектара в самом живописном месте сибирского раздолья.

Илона вытаращила глаза:

— Музей на шестьдесят два гектара?! Лувр и того меньше.

— Это не просто музей в здании, «Тальцы» под открытым небом. Вот, читай. На территории музея воссоздан культурно-бытовой уклад обычной сибирской деревеньки XVII–XIX веков. Можно посмотреть, как жили зажиточные крестьяне, как учились в церковно-приходской школе, увидеть Волостную Управу, Спасскую башню Илимского острога, храм Казанской иконы Божьей Матери XVII века.

Илона пробежалась взглядом по развороту с фотографиями изб и других деревянных построек под старину. Мира воодушевленно продолжила:

— Там в каждом дворе тематическая экспозиция, представляешь? Можно зайти в дома и проникнуться духом той эпохи, прочувствовать, как жили наши предки. Еще там находится конюшня и есть возможность прокатиться на боярской коляске. Если повезет, то попадем на мастер-класс основ изготовления глиняной игрушки и народной куклы.

Илона протяжно вздохнула. Летний отдых не ассоциировался у девушки с музеями. Ей хватило их на школьных экскурсиях, которые вечно организовывала классная руководительница.

Будь ее воля, она бы потащила Миру в ночной клуб. Но ближайшее подобное заведение находилось разве что в Иркутске. На базе отдыха подруги могли ограничиться детской дискотекой, булкотрясом для тех, кому за тридцать, и танцами для пенсионеров. Отжигать под треки Влада А4, «Руки вверх», «Иванушек» и «Ласкового мая» желания не было. Для молодых и продвинутых на базе отдыха не придумали ни одной активности.

— Музей нам не подходит, – отрезала Илона и, не дожидаясь реакции Миры, начала приводить аргументы: – Во-первых, мы только что приехали, и я не хочу снова садиться за руль. Тебе-то хорошо на пассажирском сидении, а водитель как бы устает. Во-вторых, уже вечер, вдруг мы приедем под самое закрытие? Не хочется просто так кататься туда-сюда, это же Байкальский тракт, а не американские горки! В-третьих, нужно спросить Ригу. Вдруг она тоже хочет посмотреть на избушки? Я не хочу возить сперва тебя, а потом еще и ее в «Тальцы». Если ехать в этот твой музей, то всем вместе.

Мира безропотно согласилась. Она пролистала брошюру и остановилась на развороте о местном рынке. Его можно было найти в самом центре Листвянки, попробовать и купить редкую рыбу, а также приобрести сувениры. Девушка провела кончиками пальцев по снимкам оберегов, изделий из бересты, байкальских камней с затейливыми узорами и этнических украшений из полудрагоценных камней. Было в этом что-то исконное и завораживающее.

— Может, пройдемся по рынку?

Илона расплылась в мечтательной улыбке. Она любила интересные браслеты, подвески, обереги и талисманы. На ее тонком – цыплячьем, как говорила мама – запястье вечно была завязана красная нить, а в комнате на полке стоял целый ряд из манэки-нэко. Пару лет назад она привезла из Турции столько Синих глаз, что в аэропорту родители подверглись допросу – а не в коммерческих ли целях они вывозили амулеты.

Поэтому на следующий год мама и папа не дали Илоне скупить все возможные бусины Дзи в Индии. Девушке пришлось ограничиться тремя комплектами из браслетов и ожерелий (для себя и подруг, хотя те их все равно не надевали) и несколькими вытянутыми овальными бусинами с нанесенными на них символами. Илона искренне верила, что они заключали в себе духовную силу, благословляли владельца, помогали развитию души и защищали от негативной энергии.