Книга Дублер, страница 16 – Анна Кейв

Середина августа 2025 года

Перевернув силиконовой лопаточкой золотисто-коричневый оладушек, Рената отошла к окну и скучающе проводила взглядом вышедшую из подъезда пенсионерку с белоснежным облачком на поводке – померанский шпиц игриво вилял зелёным хвостом. Девушка недовольно поджала губы, раздумывая о том, не вредно ли красить шёрстку животных. Она вздрогнула, когда из ванной донёсся протестующий вопль младшенького:

— Мама, не надо! Мамочка, ну пожалуйста! Не хочу! Убери! УБЕРИ!

Даня орал так, что Рената бы не удивилась, если вскорости к ним нагрянул бы участковый. Словно прочитав мысли дочери, мама прикрикнула на младшенького:

— Да не ори ты так, соседи подумают, что я тебя убиваю!

— МАМУЛЕЧКА, НУ НЕ НАДООО!!! – истошно завопил Данила. Он называл её так ласково только в те моменты, когда пытался пробить на жалость.

— Да что ж ты орёшь как резаный, я же ничего с тобой не делаю! – рассерженно шикнула мама, но Даня не собирался так просто сдаваться и ревел белугой, захлёбываясь собственными слезами и соплями.

На пороге просторной кухни-гостиной появился несчастный Рафаэль с щедрой половиной ведра майонеза на голове. Понуро прошлёпав босыми ногами к столу, он сел на стул и принялся сверлить покрасневшими глазами тарелку с пышными оладушками. Первую партию жарила мама, которую затем продемонстрировала дочери со словами: «Вот такие же должны получиться и у тебя. Жарь». У Ренаты же они таинственным образом опадали и превращались в тонкие лепёшки сразу после того, как она снимала их со сковороды. Как она ни старалась, добиться такой же пышности у неё не выходило.

— Ты бы это… шёл к себе в комнату, – брезгливо скривилась Рената, опасаясь приближаться к брату.

Рафа покраснел ещё сильнее, а его подбородок начал подрагивать. Девушка устроилась на широком подоконнике и закинула ногу на ногу – её нельзя было пронять слезами.

— Ну чё ты ревёшь? – недовольно проворчала Рената. – Ну нахватали вшей, чего истерить?

Всхлипывая, брат заканючил:

— Мама теперь на улицу не выпустит!

Рената пожала плечами:

— Ну так правильно, сперва нужно избавиться от вшей, а потом выходить на улицу. А то вы с Данькой своих вшей передадите остальным, с вами потом никто дружить не захочет.

Скривившись, Рафаэль зарыдал. Майонез с его головы жирной блямбой шлёпнулся на край стола и начал капать на пол. Вскоре рёв усилился в два раза – мама привела за руку Даню, бьющегося в истерике. В отличие от брата, который более спокойно перенёс майонезную экзекуцию, младшенький умудрился изгваздаться в нём с ног до головы. Рената хмыкнула, рисуя в воображении, как Даня вырывался и пытался сбежать от мамы, а она каждый раз ловила его и обильно смазывала майонезом. Прямо как курицу перед запеканием.

Стараясь скрыть коварную улыбку, Рената спрыгнула с подоконника и подменила маму. Пока та снимала партию оладушек, девушка опустилась на корточки рядом с Даней, делая вид, что хочет его успокоить.

— Ну чего ты как рёва-корова, мужчины не плачут, – нарочито громко произнесла Рената, а потом шепнула мелкому: – Открыть тебе тайну?

Даня застыл с открытым ртом, из которого ещё пару секунд назад вырывались животные вопли. Сопля из носа скатилась прямо в разинутый рот. Рафа, заинтересовавшись, слез со стула и подошёл ближе к брату.