Книга Школьный клуб «Лостширские ведьмы», страница 67 – Анна Кейв

— Все нормально? – спросила она

— Все в порядке, не болтай, – отозвалась Ная, ее голос прозвучал как-то глухо, словно до Лиз он доходил через толстое стекло. Она начала читать слова на незнакомом языке – то была не латынь, а праязык, о котором Лиз ничего не знала. Лиз почувствовала, как ее тело словно наполняется теплом, но это тепло не было комфортным. Оно обжигало, как раскаленная галька, когда ступаешь по пляжу босыми ногами.

Ее ноги вдруг словно приросли к полу. Лиз попробовала пошевелиться, но не смогла. Она открыла глаза, но увидела лишь свет, обволакивающий ее с головы до ног.

— Ная! – крикнула она, но из горла не вырвалось ни звука.

И тут она почувствовала, как что-то чужое коснулось ее сознания. Это было нечто мрачное. Оно двигалось внутри нее, как змей, ползущий под кожей, и шептало, нашептывало слова, которые Лиз не могла разобрать, но от которых ее разум трещал по швам.

Она знала, что должна сопротивляться, но как? Тепло становилось сильнее, превращаясь в пожар. Она чувствовала, как ее энергия утекает, вытягивается в этот поток, соединяясь с чем-то огромным, древним и… злым.

«Это не так должно быть», – мелькнула мысль, прежде чем ее сознание поглотил ослепительный всполох света.

Лиз болезненно поморщилась и зажмурилась. К утробным завываниям Наи, читающей нараспев заклинание, добавился еще один. Но звучал он только в голове Лиз. Этот голос был неестественным, глубоким, как раскат грома, пробирающим до самых костей. Слова звучали на чужом языке – гортанные, шипящие, будто их выдыхала сама буря. Но Лиз понимала их смысл, хотя не знала, откуда:

«Открой глаза. Смотри на меня. Признай мою власть».

Голос, подобно иглам, пронзал ее сознание, оставляя за собой ужас. Она пыталась сопротивляться, жмурясь изо всех сил. Горячие слезы покатились по щекам, но даже это не помогло. Что-то за пределами ее контроля заставляло ее подчиниться.

Лиз почувствовала, как мышцы ее лица предательски дрожат, веки начинают подниматься, несмотря на отчаянное желание удержать их закрытыми. Ее дыхание стало рваным, сердце бешено ухало в груди, но она уже не могла сопротивляться. Глаза распахнулись.

И она увидела.

Из зеркала на нее смотрело существо, которое нельзя было описать человеческими словами. Это было не лицо, а искаженная гримаса, сотканная из огня и тени. Вытянутые черты, горящие глаза – не просто красные, а будто наполненные расплавленной лавой. Рот существа был растянут в жуткой усмешке, обнажающей клыки, которые походили на опасные зазубрины. Кожа, если ее можно было так назвать, переливалась всеми оттенками алого, вспыхивая, как раскаленный металл.

Вокруг существа колыхались языки пламени, оно было заключено в кокон из огня, но это пламя не светило, а лишь пожирало тьму. Глаза Лиз встретились с этими огненными провалами, и ее разум взорвался. Существо заговорило, но не ртом – его голос раздавался внутри ее головы, обжигая каждую мысль:

«Ты осмелилась призвать меня. Теперь я смотрю в тебя».

Лиз почувствовала, как ее тело сковало холодом, несмотря на пламя перед глазами. Она хотела кричать, но не могла. Существо в зеркале начало двигаться, но не внутри отражения. Оно будто тянулось к ней, протягивая свои нечеловеческие когти, пытаясь прорваться сквозь грань стекла.