Книга Школьный клуб «Лостширские ведьмы», страница 32 – Анна Кейв

— Не ври, – раздраженно закатила глаза Лиз. Она хотела рассказать ему о своих предположениях, но вовремя прикусила язык. Не хватало еще, чтобы и Ксавьер решил, что у нее поехала крыша. Рассуждать о проклятии было также нелепо, как верить в Зубную Фею.

— Как ты? – встревоженно уточнил он.

— А по мне не видно?! – взвилась Лиз.

Он поднял руки в капитуляции точь-в-точь, как Теодор этим утром.

— Вижу, ты не в настроении, – миролюбиво проговорил он. Замешкавшись, он неловко дернулся, огибая Лиз. – Пойду в лабораторию, мисс Глисон обещала открыть ее для меня. Увидимся позже?

— После заседания клуба, – кивнула она.

Уроки и раньше не вызывали у Лиз особого восторга, но в этот день она буквально ненавидела каждую минуту, проведенную в классе. Первый урок начался с того, что миссис Эпплби едва сдерживала раздражение, наблюдая за тем, как Лиз нервно барабанила пальцами по парте, совершенно игнорируя ее вдохновленный монолог о становлении колоний.

— Мисс Стэдлер, – холодно обратилась она к ней, останавливаясь прямо перед ее партой, – не затруднит ли вас поделиться с классом, о чем вы так задумались?

Лиз моргнула, как будто впервые заметила, что на нее смотрят. Пытаясь выкрутиться, она бросила невнятный ответ:

— О том, как они… эм… повлияли на экономику.

Миссис Эпплби вскинула бровь.

— Кто они, мисс Стэдлер?

Лиз замерла, понимая, что полностью упустила суть обсуждаемого вопроса. В классе раздался приглушенный смешок, и она почувствовала, как щеки начали пылать. Учительница, презрительно хмыкнув, вернулась к доске, недовольно бросив:

— Постарайтесь хотя бы сделать вид, что вы слушаете.

На алгебре ситуация была не лучше. Миссис Кэй, пытаясь объяснить новый метод решения задач, попросила Лиз выйти к доске. Под обстрелом взглядов всего класса она встала, но вместо уверенного ответа только растерянно бормотала, глядя на условие задачи, как будто оно было написано на неизвестном ей языке. В конце концов миссис Кэй, вздохнув, попросила ее вернуться на место.

— Элизабет, – мягко, но с нотками усталости произнесла она, – в следующий раз, пожалуйста, следите за ходом урока, а не витайте в облаках. Мода и стиль – это, конечно, очень занятно, но такого предмета в перечне выпускных экзаменов нет. Советую сосредоточиться на учебе.

Каждый следующий урок становился все более невыносимым. Лиз уронила анатомическую модель человека в кабинете биологии и миссис Сивес споткнулась о пластиковую почку. На географии она одним взглядом пробурила дыру в карте с полезными ископаемыми, но мистер Айнесон был уверен, что она проткнула ее пальцем. Учителя были ей недовольны, а старшеклассники все чаще шептались за ее спиной. Но была одна учительница, которая разумно воздержалась от критики.

На уроке литературы мисс Краун молча наблюдала, как Лиз смотрит в окно, не читая пьесу Шекспира вместе с остальными. Она не произнесла ни слова, даже когда Лиз в который раз проигнорировала реплики, которые должна была читать. После звонка мисс Краун подошла к ней и тихо сказала:

— Ты еще не до конца восстановилась, Элизабет. Поэтому я дам тебе немного больше времени, чем остальным, на прочтение пьесы. Можешь сдать свое эссе через две недели.

Этот жест доброты оказался для Лиз почти спасением. Но только почти. Она направилась на заседании своего клуба почти с облегчением, но оно тут же сменилось отчаянием. Все ее попытки справиться с ситуацией терпели неудачу, а загадочное чувство того, что мир вокруг стал каким-то чужим, не покидало ее ни на секунду. Лиз представляла, как встретят ее члены клуба. Особенно после того, как она впервые перенесла собрание. Вместо того, чтобы встретиться в обеденный перерыв, она отправила в чат сообщение, что будет ждать всех после уроков. Ей нужно было время, чтобы подготовить речь к незапланированной теме. А это давалось ей с трудом с учетом последних событий.