Книга Дом призрения для бедных сирот, страница 10 – Лилия Орланд

— Приятного аппетита, — пожелал Монт, отломил маленький кусочек сдобы и отправил в рот.

— Благодарю, и вам приятного аппетита, господин Монт, — пожелала я и сдержанно — не описать словами, каких сил мне это стоило — последовала его примеру.

То есть не впилась зубами в булку, откусывая сразу половину, а отщипнула крошку. Медленно и аккуратно положила её в рот, ещё и начала жевать. Хотя она растаяла сразу в море слюны, наполнившей рот.

Монт смотрел на меня внимательным взглядом. Мне показалось, что там промелькнуло уважение, но уверенности в этом я не испытывала. Может, просто выдавала желаемое за действительное. Однако и насмехаться надо мной он перестал.

— Должен заметить, что у вас есть характер, сударыня, — всё-таки уважение там действительно мелькнуло, даже если лишь на крохотное мгновение.

— Рада, что вы это заметили, — я отщипнула ещё крошку, мысленно уже проглотив сдобу целиком.

— Тогда предлагаю не чиниться и нормально поесть. Вы не возражаете?

— Вы сами начали.

— Хотел вас испытать.

— Это низко, сударь.

— Прошу простить, сударыня.

С каждой фразой меня всё сильнее охватывало раздражение. Его признание вывело из себя. Испытатель, блин.

— Не прощу!

— Будьте же милостивы, — он снова смеялся.

На глаза попалась вазочка с вареньем. Забыв себя от гнева, я потянулась к ней.

Нашу перепалку прервала открывшаяся дверь и Асинья с блюдом пирожков.

— С мясом, как вы и заказывали, господин Монт, — хозяйка с улыбкой поставила тарелку на стол. Голова закружилась от аромата. Ещё немного и я просто сойду с ума от голода.

Решив, что хватит с меня испытаний, схватила пирожок с тарелки. Откусила, сколько смогла, и начала жевать, открывая рот и втягивая воздух, чтобы было не так обжигающе горячо. Проглотила, чувствуя ни с чем не сравнимое удовольствие, откусила ещё.

Монт с лёгкой улыбкой наблюдал за мной. Однако меня это больше не трогало. Пирожки были восхитительны. Мясо идеальной готовности, сочное, в меру солёное, без кожи, косточек и прожилок.

Дождавшись, когда я съем первый пирожок и возьму в руки второй, Монт с ленцой поинтересовался у хозяйки.

— С чем пирожки, Асинья?

— С мясом, — она удивилась, — вы ж сами велели.

— Мне интересно, чьё это мясо? Не собачатина часом?

Мне резко подурнело. Я почувствовала тошноту, второй пирожок выпал из ослабевших пальцев, звякнув блюдцем о стол.

— Господин Монт! — воскликнула Асинья, всплеснув ладонями. — Ну что вы как ребёнок, ей-богу. Смотрите, как барышню перепугали.

Я увидела, что этот подлец посмеивается, и озверела.

— Вам должно быть стыдно так жестоко подшучивать над девушкой!

— Должно быть, — согласился мерзавец, тут же добавляя: — Но не стыдно. Вы так забавно реагируете, что я просто не могу сдержаться.

— Кушайте, милая барышня, кушайте, не обращайте внимания, — успокаивала меня хозяйка, пока я дрожащей рукой отпивала из чашки, чтобы хоть как-то прогнать неприятный привкус во рту, образовавшийся после слов Монта. — Это свинина. Стешка позавчера кабанчика забил.

Тошнота немного отступила, но пирожки всё равно потеряли свою привлекательность. Я съела пару булочек, поочерёдно сдабривая их вареньем, мёдом и сливками. А на шутника намеренно не обращала внимания, хотя он и пытался завязать беседу.

— Скажите хотя бы, как вас зовут, — попытался он снова. — Неужели я не заслужил знать хотя бы эту малость, пригласив вас на чаепитие?