Книга Невеста из пентаграммы, страница 76 – Нинель Мягкова

А вот как отнесутся к обычным смертным, неизвестно. Так что ухо надо по-прежнему держать востро. Не хватало еще, чтобы кому-то из отправившихся с нами в неизвестность не поздоровилось.

— Но почему та магия пропала, а эта нет? — продолжала я рассуждать вслух. — В чем отличие?

— Возможно, есть какой-то купол, нейтрализующий магию. — предположил Шорас. — Мы такие иногда используем при задержании. Чтобы преступник не сопротивлялся, если он одаренный. Обычно лишившись дара маг начинает суетиться и допускать ошибки.

— И становится практически беззащитен. — кивнула я. — Особенно если его не учили, как твоих подчиненных, еще и владеть оружием.

Мне очень интересно, сколько таких вот латентных магов сейчас в поселении.

И зачем вообще кому-то мог понадобиться этот гипотетический купол?

Утро наступило нескоро.

Мы втроем ворочались, не в силах уснуть. Трава упоительно пахла, но омерзительно кололась, несмотря на слои ткани, воздух был влажен и густ, как кисель, а над ухом жужжала какая-то мошкара, добавляя антуража.

Надеюсь, то не малярийный москит. Только лихорадки нам здесь не доставало.

Я поплотнее закуталась в пахнущую мокрой шерстью и псиной ткань. Не до брезгливости. Ночь выдалась прохладной, и если бы не две мои персональные грелки, я бы точно замерзла.

Однако ближе к утру тепло снова окутало лес и поселение, так что когда я вышла из домика, предрассветные сумерки можно было резать ножом, как соты, тягучие и сладковатые.

По деревне далеко разносился ритмичный перестук, словно ножом о деревяшку.

Я оглянулась на мужчин — спят. Бдили, похоже, всю ночь, умаялись.

Завернувшись в кофту, я двинулась на звук. Далеко не пойду, если что заору дурниной или сразу в Изнанку.

Меня настолько настораживал местный колорит, что я предпочла бы противные, но знакомые щупальца тьмы. Однако любопытство всегда было сильнее меня.

В центре деревни, там, где сходились крестом две широкие улицы, было разложено огромное кострище. Судя по почерневшим камням, огораживавшим его наподобие заборчика, существовало оно чуть ли не дольше, чем само поселение. Сейчас угли в нем едва тлели, и на них выстроились рядком глиняные горшочки и горшки разных размеров, прикрытые крышками. Оказывается, именно от них шел тот сладковатый аромат, разлитый в воздухе над деревней.

У кострища сидели трое. Двое мужчин и женщина. Разложив яркие разноцветные фрукты на длинной доске, они конвейером обрабатывали их. Один из мужчин сноровисто снимал шкурку, или же разрезал пополам, второй очищал от семян, а женщина ловко нарезала на мелкие дольки. Вот и источник стука.

Завидев меня, они подскочили и склонились в глубоком поклоне.

— Простите, что помешала. — улыбнулась я, как могла вежливо. Все же мы незваные гости, и играть в повелительницу всего мне не хотелось.

— Что вы, великая. Вы никак не помешали. Меня зовут Лори, великая, а это мои мужья, Дуарх и Гентир. Желаете подкрепиться? — женщина гостеприимно придвинула мне несколько свежих долек, положив их на гладкий лист размером с тарелку. Похоже, он и выполнял функцию посуды.

Есть я не торопилась. Все же мало ли, что мне могут подсунуть. Вдруг афродизиак какой? Поимеют всей деревней, потом поди докажи, что этого не хотела. Но угощение приняла, села рядом, наблюдая за их работой.