Книга Сердце пентаграммы, страница 27 – Нинель Мягкова

— Я готова. — стараясь, чтобы голос звучал твёрдо, сообщила я. — Прошу прощения, эр Аверти, я здесь недавно и не знаю всех порядков. В обители Сосудов меня тоже не спешили просвещать. Не могли бы вы уточнить, что теперь со мной будет и чем оно грозит?

В тусклом освещении мне могло показаться, но вроде бы по алым губам эра скользнула одобрительная усмешка. И тут же пропала, будто не было.

— Вы теперь адептка Академии. Первый курс. — холодно пояснил он, стремительно выходя из комнаты. Мне пришлось бежать вприпрыжку, чтобы успеть за ним. — Семестр скоро заканчивается, поблажек вам никто делать не будет. У вас восемь недель, чтобы догнать однокурсников, иначе вас исключат. Если вы вылетите из Академии — дар будет, само собой, тут же заблокирован. Вам ясно?

Я кивнула. Яснее ясного. Вместо положенного по закону полугода, который упоминал Миран, мне урезали срок до полутора месяцев. Мило.

Кажется, кому-то очень не нравится наличие у меня самостоятельной магии.

— У меня будет доступ в библиотеку и на лекции? — уточнила я. Эр Аверти кинул на меня нечитаемый взгляд, но с шага не сбился, уверенно сворачивая в переплетении коридоров.

По моим ногам потекло. Я старалась не думать о том, как выгляжу, и надеялась, что на одеянии не появится предательских мокрых пятен. Хватит того, что между бёдрами хлюпает вполне отчетливо, наверняка даже моему спутнику слышно.

— Разумеется. Вы даже можете попросить ваших однокурсников одолжить вам конспекты. — дернул уголком рта эр Аверти. — В случае неотложных вопросов, проблем или если пожелаете покинуть нас досрочно, можете всегда обратиться в ректорат. Мой секретарь вас запишет.

Я кивнула. Отлично, значит из постели меня вытаскивал лично ректор всея Академии. День становится все лучше и чудесатее.

Мы поднялись на четыре лестничных пролета, миновали массивную дверь, которая покорно отворилась при нашем приближении.

— Мы находимся в адептском общежитии. — пояснил эр Аверти и кивнул на дверь. — Она открывается только преподавателям и адепткам. Здесь вы в безопасности. Не советую разгуливать по коридорам в подобном виде. Да и вообще…

Что именно вообще, он не уточнил. Презрение ко мне от него исходило просто осязаемыми волнами, если бы не моя весьма устойчивая к критике психика, я бы уже устыдилась, посыпала голову пеплом и сбежала отсюда, к бесам. Но расставаться с даром я готова не была, как и не привыкла отступать перед трудностями и неверием в меня окружающих.

Пусть магия во мне только пробудилась, пусть она опасна и для меня тоже, я хочу попытаться ее обуздать. Ведь эта сила — часть меня, нравится мне это или нет.

Я никогда не была сторонницей превентивных мер. Зачем удалять зубы мудрости, например, если они еще даже не выросли? Или там гланды, например. В организме нет лишних деталей, для чего-то они все нам даны, и не стоит избавляться от всего подряд, что нам кажется помехой.

Лучше уж попытаться научиться пользоваться магией. А там, глядишь, каким-нибудь образом, хоть той же Изнанкой, попытаться вернуться домой.

Несмотря на жалкий вид и общее странное самочувствие, я заулыбалась. Не без злорадства.

Ректор, покосившись на меня, почему-то поежился.

Отведённая адепткам башня в крыле общежития оказалась достаточно комфортной, сухой и в хорошем состоянии. Я-то ожидала увидеть развалюху, достойную Золушки, но нет, комната, в которую меня привёл ректор, была просторной, светлой и даже с собственной ванной. Не чета особняку Мирана, конечно, но для общежития — роскошно. Приличных размеров кровать, солидный письменный стол с писчими принадлежностями, аккуратно разложенными рядочком, и стопкой чистой бумаги, к нему стул с удобной спинкой и мягким сиденьем. Платяной шкаф, в котором, к моему удивлению, оказалось битком самой разной одежды.