Книга Яблочко раздора в академии невест, страница 82 – Нелли Штерн

Не дав мне погрузиться в очередной сеанс самобичевания, ректор утащил меня в просторную комнату с большой чашей для купания в центре. Он открыл вентиль, и прозрачная струя воды хлынула на самое дно, заполняя его. Несколько капель голубой жидкости, и на поверхности сбиваются плотные облачка пены.

— Халат специально для тебя, – пояснил он, извлекая из небольшого шкафа вышеозначенную вещь. – И запомни: красивым женщинам нельзя позволять много думать в одиночестве, поэтому ждем тебя в гостиной. А если задержишься, нам придется войти и помочь тебе с водными процедурами, и тогда этот процесс растянется на много… очень много сладких часов, – коварно шептал он мне на ушко, запуская целый табун мурашек, мгновенно устремившихся на юг. Мое казалось сытое тело вновь загоралось, воображение подкинуло в топку пару весьма откровенных картинок. Тяжело сглотнула и прикрыла глаза.

— Вот так, сладкая, думай о нас все это время, – довольно выдохнул Фабрициус, прикусывая мочку моего уха.

Тихонько застонала и жестко притянула мужчину к себе, буквально впиваясь в мягкие податливые губы. Спустя секунду… час… год… мы оба загнанно дышали, а мое платье валялось изодранными клочками на полу.

— Если ты не перестанешь так меня целовать, то до купания дело дойдет не скоро, – прохрипел ректор. – Хотя, можно ведь и совместить… – мечтательно протянул он, оценивая размеры собственной ванной.

— Нет! – слишком поспешно воскликнула, отходя подальше от этого ходячего греха. – Я все-таки предпочитаю помыться.

— Как скажешь, искорка, – весело подмигнул он и, поправив твердость в паху, поспешил оставить меня в одиночестве, пробормотав что-то о невероятном соблазне и трещащей по швам выдержке.

Хихикнула, как девчонка, и с наслаждением погрузилась в горячую воду, оставляя все мирское за белоснежными бортиками.

Дарион Мораус

Сидя в удобном кресле в гостиной Фабрициуса, бросал изучающие взгляды из-под опущенных ресниц на двух мужчин, которых соединили со мной сами боги. Трое таких разных, но одинаково влюбленных в одну девушку магов сосредоточенно молчали, думая каждый о своем, но неизменно возвращаясь мыслями к их невероятной искорке, сумевшей пробудить любовь в очерствевших сердцах.

Стол ломился от разнообразия блюд, но никто из нас не притронулся к еде. Мы ждали нашу малышку, переживая и волнуясь: как поведет себя, будет ли смущаться, прятаться и зажиматься или, наконец, признает очевидное. Чуткое ухо, усиленное магией, уловило едва слышное шлепанье босых пяточек, шуршание ткани и осторожные шаги. Скрип двери.

— Наконец-то! – преувеличенно радостно воскликнул Фаб. – Я уж думал ты утонула и придется идти тебя спасать!

Напряженное мгновение. Что же ты ответишь, девочка?

— Мой храбрый рыцарь, – в тон змею произнесла она, но внезапно ее тембр приобрел мягкие манящие нотки, – а я так ждала тебя, чтобы спастись… два, а может и три раза, – и эта маленькая провокаторша игриво облизала пухлые губки.

Фабрициус растерянно хмыкнул и расхохотался совершенно искренне и открыто.

— Сделала его, детка, – поддержал общее веселье Леоринэль.

— Давайте все же поужинаем, – предложил я, и в течение ближайших тридцати минут мы отвлеклись на вкуснейшие блюда в исполнении главного повара академии.

— Думаю, сейчас самое время, чтобы обменяться клятвами, Шиана, – произнес я, едва только первый голод был утолен. Девушка недовольно фыркнула и закатила глаза. – Магическими, – пояснил для нее с веселой усмешкой.