Книга Яблочко раздора в академии невест, страница 71 – Нелли Штерн

— Ты слишком самоуверен, посланник тьмы, – зашипел Геноа.

Взмахом руки тот, кто преследовал меня в кошмарах и наяву окутал себя темной дымкой, а когда та рассеялась, перед нами предстал грозный воин в черном доспехе и шлеме.

— Тогда пришло время увеличить мои шансы, – с предвкушением протянул он, и за его спиной из темных вихрей стали выходить один за другим уродливые создания: полуистлевшие люди с яростными оскалами зловонных пастей и темными провалами пустых глазниц, закованные в латы.

Я вздрогнула и вцепилась в черные чешуйки так, что пальцы побелели.

— Тише милая, не бойся, – мягко уговаривал меня ректор. – Мне под силу защитить тебя.

— Не слишком ли вы самонадеянны, господин Геноа? – спросил черный рыцарь, а в следующий момент его отряд бросился на змея.

Все происходило в полной тишине, никаких криков, боевых кличей, лишь скрежет оружия по ставшему вдруг слишком твердым хвосту. И от этого становилось еще страшнее. Фабрициус крушил нападавших своей магией, заваливая камнями, загоняя в ловушки, откуда не было выхода. На смену павшим приходили все новые и новые мертвецы. Один из них, замахнувшись, метнул свой меч, целясь точно в центр спины ректора. Отвлекшись на десяток других зомби, он не чуял опасности. Я в ужасе закричала, мужчина обернулся, мгновенно уходя со смертельной траектории, но лезвие все равно задело его, оставляя длинный порез на плече, набухший тяжелыми алыми каплями.

Ректор яростно зашипел, а черный рыцарь, ликуя, произнес:

— Теперь тебе конец, змей. Совсем скоро тьма отравит твое тело.

Геноа опустил свой взгляд к ране и нахмурился. Смуглая кожа вокруг приобрела нехороший землистый оттенок, черные ручейки вен расползались все дальше от пореза. В темно-синих очах на мгновение промелькнула невыносимая мука, но в следующий момент всю его фигуру скрыла дымка, являя каменного змея во всей своей яростной красоте. Гигантские кольца мощного хвоста, огромная пасть, усыпанная острыми устрашающими зубами, глаза, горящие огнем самой преисподней. Он раскидал мертвяков, сминая доспехи, словно тонкие листы бумаги.

— Поиграем, хранитель? – со злым предвкушением протянул черный рыцарь и, мгновенно ускорившись, ринулся вперед.

Лезвие его меча, высекая черные искры, вонзилось в каменный пол туда, где еще мгновение назад было гибкое тело змея. Яростно зашипев, Фабрициус бросился на врага, пытаясь скрутить его смертельными кольцами, но посланник тьмы растаял черной дымкой, утекая из его хватки, чтобы в следующий миг оказаться за спиной змея. Каменный свод задрожал и пошел трещинами. Огромные куски породы посыпались вниз, погребая под собой рыцаря. Камни буквально сплавились друг с другом, образуя подобие саркофага. Секунда, две, и твердая поверхность зашипела, оплавляясь густыми черными каплями, открывая совершенно невредимую фигуру в черном плаще. Стряхнув с плеча несуществующие пылинки, он перехватил клинок двумя руками и оттолкнулся, буквально взлетая в воздух. Сгруппировавшись, рыцарь снова попытался достать Фабрициуса, и я уже поверила, что все обойдется, и мы выкрутимся, как вдруг едва уловимым броском темная фигура в капюшоне оседлала змея. Из его рук выстрелили черные магические путы, что были прочнее любых цепей. Они скрутили мощного зверя, притягивая его голову к земле. Хвостом он еще пытался скинуть врага, но все было напрасно. С замиранием сердца я смотрела, как черный рыцарь неспешно подходил к обездвиженному животному. В его руке покачивался длинный слегка изогнутый клинок с черным лезвием. Казалось, оно поглощает свет вокруг, забирает надежду, оставляя лишь горечь и тлен.