Книга Корона рогатого короля, страница 9 – Янка Лось

Эпона улыбнулась, ей было приятно. Ребенка помогали искать студенты, потому она и узнала об этой истории – и зацепилась за слух, что мать пропавшего шла замуж уже беременная, после темной истории с каким-то неуравновешенным и мстительным типом. А в лавку книготорговца они зашли с Мавис и расспросили заплаканную служанку, что с ней происходит.

— Так вот, об этих историях тоже известно… – Коннор задумался о чем-то, посмотрел на жену, та чуть улыбнулась и кивнула ему молча. – Но, Эпона, все это тебе не поможет. Ломать традицию – дело долгое и сложное. Разве что, если ты достаточно решительна… Ты видела, как заключается магический договор Дин Эйрин?

Конечно, Эпона видела. Отличившихся студентов – а училась она прекрасно, уверенно оказываясь одной из трех лучших на курсе, – допускали на церемонию выбора Пути знаний, так это называлось. Окончивший тривиум на ней выбирал один из ординарных или экстраординарных курсов квадривиума, вписывал свое имя и избранный курс в свиток и передавал его профессору, у которого собирался учиться, из рук в руки. Профессор же опускал свиток в закрепленную на полу огромную чашу, где горело пламя, «огонь знания». Огонь менял цвет, и аудитория аплодировала, приветствуя сделанный и закрепленный выбор. Разумеется, оговоренный с профессором и ректором заранее.

— Так вот. Бывали случаи, когда студент, вписав свое имя и курс в свиток, опускал его в огонь сам. И, как говорят, если магия его принимает, подтверждая, что в избранном деле молодой маг хорош, – значит, принимает. Этот договор нерасторжим. Ты можешь попробовать поступить так. Это скандал. Это риск. Это возможность, Эпона.

— Что будет, если… магия не примет меня?

— Огонь не изменит цвет. Тебя могут вообще не допустить на квадривиум и отправить домой. Это решать ректору. Скандал будет в любом случае, это я тебе обещаю – ты пойдешь против вековой традиции, как не быть скандалу.

Нелли засмеялась:

— Ты ее не пугаешь, Коннор, только наоборот! Уж я-то ее хорошо знаю. Что, решилась, золотая моя, да?

— Решилась, – не стала спорить Эпона. – Не говорите никому до церемонии, хорошо? Даже нашим.

— Не скажем, – кивнул Коннор. – Удачи тебе. Не считай я, что ты права, – я б не посоветовал. Вот что, поужинай с нами. Монгвин хотела зайти, а ты знаешь – мантики лучше нее нет, кроме, разве, самой матушки Джи. Мы ей лишнего рассказывать не станем, но тебе почему не спросить? Она и не захочет подробностей.

Монгвин, баронесса Сэвидж, не пэйви по крови, но вдова пэйви, приходилась Нелли невесткой и названой сестрой, а профессору мантики, матушке Джи, – лучшей и любимой ученицей. Так странно порой складываются судьбы.

* * *

Эдвард скакал на лошади, и ему казалось, что он вот-вот оторвется от своей тени и сможет наконец вдохнуть полной грудью. Сейчас он чувствовал себя бочкой, на которую надели слишком плотное кольцо. Вот-вот побежит трещина, и хлынет наружу то, что не принято показывать в приличном обществе.

Четыре года назад он просто не смог сохранить инкогнито. Он поступил правильно, но тогда кончилось то недолгое блаженное время, когда он был просто одним из студентов мужской коллегии. Не принцем. Не самым завидным женихом в Дин Эйрин. Просто веселым Эдвардом Баллиолем по прозвищу Полведра, всегда окруженным друзьями. Знали правду только ближайшие – Аодан, Кхира и Эпона. Как было хорошо!