Книга Все люди севера, страница 61 – Ана Тхия

Богам это не понравилось. Всё-таки никто не мог светить ярче, чем боги Асгарда, и гордиться собой сильнее. Тогда боги выкрали двух прекрасных детей Мундильфари и закинули их на небо, посадив в колесницы, чтобы удобнее было скакать по небосводу.

На этом, конечно, боги не успокоились. Они придумали закинуть на небо и двух детей Фенрира – волков Сколля и Хати, – чтобы они бежали за яркими колесницами, пытаясь их съесть. День стал сменять ночь, потому что Соль и Мани стали бежать во весь опор от страшных хищников.

И в Рагнарёк – уже вот-вот – волки всё-таки их настигнут.

Отвлекшись от раздумий, Улла снова обратила взгляд к горящему городу.

Ставангр был прямо перед ними. Скалль скомандовал кораблям помедлить. На пристани не было видно людей, зато он узнал оставленные у берега драккары.

Они принадлежали его людям.

Некоторые из них горели.

Улла заметила, как долго Скалль смотрит на эти корабли и как долго молчит, полностью погруженный в тяжкие мысли. Наконец они замерли, хотя до пристани оставалось ещё немалое расстояние.

— Я не вижу людей, – сдавленно прошептал Торгни, а Скалль в ответ только скривился и отмахнулся от него, не желая слышать никакие скверные предположения. – Это может быть засада, Скалль.

— Пусть, – пожал он плечами. – Оставайтесь здесь, я доплыву до города и осмотрюсь. Приготовьте щиты, если вдруг они вздумают стрелять по кораблям. Если это произойдет, сразу возвращайтесь в море. Пусть никто не сходит с вёсел, – передал он свои приказы, стягивая с себя меховую накидку.

Потом конунг избавился от массивных шкур и остался только в чёрной рубахе и кожаном доспехе, штанах и высоких ботинках. Он передал Торгни металлический обруч со своей руки и закрепил за поясом два топора.

— Стой, – Улла пробралась через людей к нему и огляделась. – Что ты собрался делать?

— Осмотрю город. Поищу выживших и разберусь, что там произошло, – процедил Скалль. Улла заметила, как порыв ветра, пробравшийся под одежду, вызвал дрожь по всему его телу. – Это может быть засада, с которой такому количеству кораблей не справиться. Нас накроют огненные стрелы до того, как мы подойдём достаточно близко, чтобы люди высадились. Да и нас так много, что мы будем целую вечность распределять корабли вдоль берега.

— Ты ведь замёрзнешь, – вёльва подняла одну бровь и скрестила руки на груди.

— Улла, на кораблях много смертных людей, которые хотели бы дожить до дня, когда увидят своего первого инеистого великана, – медленно произнёс конунг. – И им совершенно не стоит умирать в засаде сейчас, когда я могу один всё разведать.

— Но вода невероятно холодная! Ты замёрзнешь насмерть! – повторила девушка.

— Это вряд ли, – улыбнулся уверенно Торгни, но Скалль промолчал, а по его лицу Улла поняла, что холод он чувствует так же, как и все они.

Наконец, убедившись, что больше никто не собирался задерживать его своими вопросами, Скалль вспрыгнул на борт драккара и тут же нырнул в чёрную воду, скрывшись с глаз. Через мгновение его голова показалась над водой, и он быстро поплыл в сторону берега.

Скалль терял чувство пространства вокруг себя. Темнота сгущалась, окутывала холодной водой, замораживала мысли в голове. Тогда конунгу оставалось лишь бесконечное движение рук и ног.

В какой-то момент Скаллю показалось, что горящий город вовсе не приближался. Паника подступила к горлу: он потерялся, поплыл неверным путём и теперь не знал, в какой стороне берег. Скалль отчаялся. Воздух обжигал его замёрзшие лёгкие, а зубы стучали, как ритуальные барабаны. Он остановился, хлебнув воды. Совсем тихо закашлялся, боясь привлечь к себе чьё-то внимание, а затем уставился вперёд. Нет, на берегу его явно никто не ждал. Он не видел лучников, которые могли бы атаковать драккары, не видел и воинов, которые могли поджидать их высадку.