Книга Позднорожденные. Том 3, страница 24 – Екатерина Шельм

— Ты будешь говорить со мной, как с Кайране твоего града, или я тебя убью, — процедил он.

— Кишка тонка. Я сама тебя убью, дай только срок.

— Заткнитесь оба, а? — возмутился Нилан.

— Не смей так говорить со мной, линьяр! — тут же ощерился Шедар.

— Софи, как голова? Сколько пальцев? — Нилан показал три пальца.

— Я в порядке, — отмахнулась Софи и встала, держась подальше от макидарцев и поближе к стенке.

— Я надеялся найти тут помощь, а не это... — Нилан цокнул языком, глядя на сломанный стол.

— Тогда нужно было позвать меня, а не этого, — девушка кивнула на Шедара.

— Нас и так мало, Кайране.

— Не называй ее так! — вспыхнул Шедар. — Она не имеет права на этот титул!

— А ты имеешь? — девушка издевательски расхохоталась.

Шедар, побелевший от гнева, обернулся кругом.

— Где мой клинок?! — прорычал он.

— Я его спрятал, — невозмутимо ответил Нилан.

— Что?!

— Спрятал, — он пожал плечами. — Почему-то я решил, что вы начнете собачиться, и лучше это сделать без холодного оружия.

— А, крошка Шедар безоружен, — девушка с кровожадной улыбкой вынула из поясных ножен длинный нож.

— Сцина... — страдальчески вздохнул Нилан. — Ну хватит, а? Мы здесь ради Шахране. Вы должны отложить свои разногласия или я ухожу.

— И куда ты пойдешь? — нагло спросила девушка, но все же убрала нож. — Ладно, я готова вложить клинки в ножны на время спасательной операции. Но не дольше. Как только твой полукровка будет у нас, за любое наглое слово я сниму этому мелкому засранцу голову, — отчеканила она.

Шедар, казалось, готов убивать взглядом.

— Как только Линар будет у нас, ты подавишься каждым оскорбительным словом, что произнесла, линьяр. — процедил он угрожающе.

— Дрожу от ужаса, Шедар Макидарский, чьи подвиги троекратно воспеты менестрелями. Ах, да, не было же никаких подвигов. То, что ты трахаешь смертных девок, не есть подвиг, если ты не знал.

Шедар, заледенев, молчал.

— Что? Слушки доходят и досюда, маленький брат.

— Не тебе меня судить, предавшая клятвы.

— Не болтай о чем не знаешь, позднорожденный!

— О, Владычица лесов... — Нилан вдруг взял и поставил Софи ровно между Шедаром и Сциной.— Так. Вот София. Она смертная. И если вы ее зашибете, Линару конец. Это ясно?

— Не говори со мной как с идиотом! — прошипел Шедар и, отвернувшись, стал смахивать щепки с футболки.

— Значит, эта смертная подружка Шахране? — Сцина нагло смерила Софи взглядом с ног до головы. — М-да, да тут и у меня были все шансы. Ты самая страшненькая ханти, которую я только видела, цветочек.

Софи прыснула. Это можно было расценить как оскорбление, но сказано было так спокойно, размерено и искренне, что больше походило на комплимент.

— Спасибо, — сказала Софи с ухмылкой.

— О! — Сцина ткнула в нее пальцем. — Смотри как нужно принимать иронию в свой адрес, детка. — Она мотнула головой, показывая Шедару, мол, учись.

— Лучше не говори со мной, — сквозь зубы процедил он.

— Было бы о чем, — ядовито откликнулась Сцина.

Нилан закатил глаза.

— Софи, разреши представить — знаменитая Сцина Макидарская, Непримиримая дочь, Клинок…

— Заткнись, Нилан! — скривилась Сцина.

— Когда-то эта милая дама была Кайране Макидара.

— Очень давно, — пробурчал Шедар.

— И восьмым перстом Кайране Эльтана. Лишена всех титулов, так как стала линьяр.