Книга Позднорожденные. Том 4, страница 115 – Екатерина Шельм

— Прошу не бойся, - сказала Мелана. - Я знаю, что ты страшишься. Но если духи распорядятся так, значит...

— Тебе ничего не угрожает! Тебе не нужно засыпать! Ты не должна умирать только потому, что умрет твой супруг! - Нилейна вскочила на ноги так резко, что стул опрокинулся. Софи в шоке вжалась в спинку своего.

Мелана встала медленно. Потянулась обнять сестру, но та оттолкнула ее руки.

— Нет! Ничего не желаю знать! Это глупость! Это варварство! Многие жили после, не смей говорить, что так лучше!

— Мейта... Прошу тебя, мой колокольчик, не будь гневлива, ты поймешь однаизды...

Нилейна вылетела вон из комнаты, распахнув двери. Софи почудилось, что она расплакалась.

Софи неловко сидела, не зная что делать. Сцена была явно не для ее глаз, мучительно хотелось провалиться сквозь пол.

— Простите, я лучше пойду, - еле слышно пробормотала Софи и встала.

— Извини ее, она еще не познала счастья брачного союза, а потому неспособна понять.

Софи замешкалась. Это значит в глазах Меланы любить? Софи не смогла промолчать.

— Я жду Линара. И я не хочу даже думать что будет со мной, если он не вернется, - с трудом и разрываясь от противоречивых чувств, сказала она. - Но даже если случится худшее, я не умру. И это вовсе не значит, что я не люблю его. Он хотел, чтобы я прожила свою жизнь так счастливо, как смогу, даже без него. И я желала бы ему того же, если бы так вышло, что я... Нилейна права. Тебе необязательно умирать, если Эльтан погибнет.

— В твоих словах мудрость и истина, София. Но это мудрость юных. Необязательно умирать, если жизнь принесла тебе потерю, мой супруг достойное тому подтверждение, - с лицом безмятежным как гладь озера ответила Мелана. - Но каждый для себя решает это сам. Я решила. Не стану жить памятью и болью. Если духи будут столь жестоки ко мне, что заберут моего господина, я со смирением и любовью, уйду тем путем, что в милосердии дарован нам Владычицей.

— Но зачем? Ты ведь можешь жить. Можешь... не знаю, ЖИТЬ! - не удержалась София.

Губы Меланы тронула улыбка.

— Ты очень молода, София. А мне уже... - она нахмурилась. - Не знаю сколько мне зим на людской счет, но я жила долго. И эта долгая жизнь показала мне со всей четкостью, что продолжать жить мне стоит, только если мой господин вернется ко мне или будет шанс, что он вернется. В ином случае это все - лишь продлевать скорбь, лишь бесконечно падать весны, что никогда не придет. Нилейна знает это, и все же так сильно ей не хочется терять сестру, что она в эгоизме своем готова оставить при себе мой пустой, безжизненный труп, лишь бы я ходила, говорила и делала вид, что насламадаюсь своим бытием. Она поймет это, когда взрастет ее с обещанным мужем древо, они исполнят обеты и обретут взаимность в чувствах.

Софи открыла было рот, чтобы спросить «А ты разве обрела взаимность?», но не смогла. Не посмела.

-Я... наверное пойду. Извините, что не могу вам помочь, - повинилась Софи. Мелана улыбнулась ей, подошла, обняла за плечи.

— Они обязательно преуспеют, - сказала, отстранившись. - Духи хранят достойных.

Софи покивала, даже изобразила улыбочку. Но когда шла домой в сгущающихся зимних сумерках, только одно стучало в ее голове.

«...хранят достойных»

А они с Джоном разве достойны?..