Книга Падение в небо, страница 62 – Янина Хмель

Когда отец в очередной раз спросил, как продвигаются дела с наследником, она разозлилась и выкрикнула:

— Как я могу зачать наследника, если граф постоянно в разъездах?

— Уж придумай что-нибудь, моя дорогая, — спокойно ответил отец.

— Не могли бы вы решать свои проблемы без меня?

— Свои проблемы? — фыркнул отец. — Так ты думаешь?

— А как я могу думать, если вы не рассказываете мне правду?

— А ты уверена, что хочешь знать правду?

— Уж лучше, чем быть пешкой в вашей игре, — взмахнула руками Агата.

— Мы с отцом твоего мужа ровесники, ты же знаешь?

Она кивнула.

— Но вряд ли ты знаешь, что родились мы в одном месте, правда?

Агата уставилась на него.

— Не понимаю…

— Как думаешь, что могло случиться?

Агата отрицательно помотала головой.

— Сын графини Лисовской родился раньше срока, когда они с мужем были в Польше по делам графа. Вялый, недоношенный. А через несколько дней у полячки, у мужа которой остановились граф с графиней, тоже родился сын. Здоровый, крепкий. Графиня хорошо заплатила полячке, чтобы та поменялась с ней сыновьями. Чтобы только не расстраивать мужа. Откуда ж она знала, что ребёнок выживет.

— Но откуда вы знаете?

— Матушка на смертном одре рассказала мне всё.

— Зачем вам это, батюшка?

— Чтобы вернуть себе то, что по праву рождения принадлежит мне.

Эта была битва её отца, в которую он втянул дочь ради корыстных целей. У Агаты не хватило сил и смелости, чтобы отстоять свои взгляды и бороться за свою независимость. Она думала, что сможет жить своей жизнью в браке, но не прошло и года после свадьбы, как она влюбилась в мужа. Агата до последнего надеялась, что ей удастся влюбить его в себя.

Мари не пропустила бал в честь своих именин, который устроили князь и княгиня Донские. Надела самое мрачное платье из тёмно-синего бархата с объёмными плечами и скрыла глаза за чёрной вуалью.

В этот вечер в имении Донских собрался весь высший свет. Княжна сидела за столом поникшая. Ей как будто были безразличны все присутствующие: она не отвечала на поздравления и ни с кем не заговаривала сама.

Новые слухи с бешеной скоростью разлетались из уст в уста: граф Лисовской и княжна Донская разошлись? Мари надоела Владимиру? Или же расставание было инициативой княжны?

Мари не думала о том, что говорят за её спиной. Она ещё никак не могла отойти от потери. Вместе со своим ребёнком она похоронила свою душу.

Слёзы так и скатывались за вуалью. За весь вечер девушка ни разу не убрала её с глаз, как будто это были не её именины, а похороны.

Мари притаилась в той самой беседке, в которой Владимир впервые признался ей в любви.

Граф снова пробрался туда неслышно и присел рядом, накрыв её дрожащую руку своей ладонью:

— Душа моя, почему вы избегаете меня?

Княжна вздрогнула, как будто очнувшись ото сна. Она знала, что однажды столкнётся с ним лицом к лицу, но всё равно не была готова к этой встрече.

— Я не желаю вас видеть, — сглотнула она, — оставьте меня.

— Мари! — Владимир повернул её за плечи к себе лицом и сжал в объятьях. — Вы не уйдёте отсюда, пока не объясните мне своё поведение.

— Почему вы ищете встреч со мной? Почему ещё не уехали? С женой, с детьми. В поместье. Как велел вам ваш отец! — Мари подняла вуаль и посмотрела на Владимира глазами, полными слёз и боли, сбросив его ладони со своих плеч.