Книга Свадьба. В плену любви, страница 19 – Любовь Попова

— А он, как назло, был со мной. Неудача, да.

Мы подходим к кабинету и стучимся. Никто не открывает.

— Мы не опоздали?

— Твой отец сказал, что она будет до пяти.

— Тогда странно, – дергаю ручку, но она не поддается. Демьян начинает дергать сильнее.

— Молодые люди, а чего вы дверь ломаете? Вещь казенная, между прочим, – перед нами полная симпатичная женщина с короткой стрижкой.

— А нам Марина Дмитриевна нужна. Она… Короче, нужна нам, – выдает не слишком связные предложения Демьян, а я от него отодвигаюсь. Его запах слишком остро на меня действует, вообще дышать трудно, и сердце бьется сильнее.

— Она должна подписать свидетельство о разводе. Я дочка Анатолия Чебреца.

— Да? Ну, проходите, посмотрим, что у вас там.

Мы торопимся войти, минуя недовольную очередь, где кто-то вслед бросает: «Детки богатеев. Сначала женятся по залету, а потом разводятся».

Мы быстро переглядываемся и садимся по обе стороны длинного стола.

— Вот, Ась, дожили, теперь ты тоже дочка богатеев.

— С кем поведешься, как говорится.

Подаем паспорта. У Демьяна черная обложка, а у меня белая. Забавное сочетание, конечно. Особенно учитывая, что рисунок дерева один и тот же. И вообще все это смешно, если бы не было так грустно.

Я не знаю! Нет, наверное.

Не любит. Не любит. Я так боялась услышать правду, а теперь даже легче стало. Все время гнала от себя мысли, что ошибку совершила, когда прогнала его, обидела. Боялась, что спутала жалость с любовью, но нет. Все правильно. Все так, как и должно быть. Пять лет назад, не прогони я его – мы бы поженились. И все равно бы это закончилось вот здесь, в кабинете, где нас разведут. Так или иначе разведут.

— Так, а это что, вы всего два дня назад расписались?

— По ошибке, – поднимаю глаза от узора столешницы, выныривая из подсознания. Бросаю взгляд на Демьяна и удивленно замираю, замечая, что он буквально сжирает меня глазами. Ежусь, как от холода. – Да, Демьян?

— Что? – моргает он. – Ну, да. А о чем речь?

— Ребят, я не могу вас развести. Должно по закону хотя бы тридцать дней пройти.

— Глупость какая, мне папа сказал…

— Я честно не знаю, о чем ваш отец договаривался с Мариной, но сегодня утром она ускакала в Турцию. Горячая путевка, или вроде того. Она может, наверное, нарушать правила, но я обычный работник. Подписать не могу, мне потом такой штраф прилетит, или уголовное наказание. Вы сейчас заполняете заявление, а через месяц приходите.

У меня ком в горле скапливается, грудь от обиды распирает.

— Ну, мы же пришли, чтобы…

— Девушка, я извиняюсь, но, правда, не могу, не положено так быстро.

— Демьян! Ну, что ты молчишь?!

— Ну, ты же слышала? Не положено, – встает он, забирая и мой паспорт в том числе. А меня просто колотит от негодования.

— Ты издеваешься?! Ты же мечтал об этом, а теперь такой спокойный!

— Девушка, у меня там очередь.

— Ась, не истери, ну, придем через месяц.

— Да не хочу я тебя видеть больше, как ты не поймешь! Я хотела, чтобы все закончилось. Прямо тут закончилось! – слезы градом, в груди болит, а тело дрожит. Как же обидно! Как же невыносимо! Я же хотела, чтобы все… Раз, и все. Быть выше обиды, которую вызвали его слова. Чтобы легко было. Чтобы попрощаться с улыбкой. А потом однажды встретиться, как добрые знакомые.

Демьян пытается меня обнять, но так только хуже.