Книга Ворон против стаи, страница 56 – Владимир Колычев

Арина в полной боевой готовности появилась на кухне. Макияж, пышная прическа, короткое прямое платье, новые сапоги-чулки до середины бедра.

— Ну как тебе? — кокетливо спросила она и развернулась вокруг оси, грациозно махнув руками. А ведь под платьем ничего нет.

— Как новенькая, — усмехнулся Воронов.

— А Регину закрыли? Слышал?

— Где закрыли?

— В милиции!

Макс вплотную подошел к девушке, сунул руки под платье и, глядя ей в глаза, чуть задрал подол.

— Сарафанное радио? — спросил он. И руки убрал, и отошел.

— А сарафанчики у нас ничего, да?

— Только слегка тормознутые. Дома уже твоя Регина. Жена клиента себя же ограбила. А Регину подставила.

— Вот сука!

— Это не сука, это любовь. Любовник обанкротился, кто еще спасет его, как не любовница?

— Все равно сука. Регину подставила… Нас всех подставила. Как будто мы не люди.

— Люди.

— Ты эту суку вычислил?

— Это было нетрудно.

— Даже не знаю, как тебя благодарить! — лукаво улыбнулась Арина, напрашиваясь на единственно правильный в данной ситуации ответ.

— Знаешь, — не обманул ее ожиданий Макс.

— Спроси еще раз про сарафанное радио! — Арина сама вплотную подступила к нему.

И сама же положила его руки себе на бедра, а затем перевела их на свои ягодицы. Он еще мог остановиться, но Арина расстегнула пряжку его ремня, отключив этим инстинкт самосохранения. Во всяком случае, полового.

Новый год еще не разогнался, а Макс уже раскрыл шесть краж. И все городского, а не районного розыска.

— Хороший ты опер, Воронов, хороший, — сквозь зубы признал полковник Левин.

Зам начальника ГУВД, начальник криминальной милиции города, большой человек.

— Но слишком уж вольно ты живешь. Сам по себе, вечно где-то пропадаешь… проститутки эти, — поморщился Левин. — Их закрывать надо за аморальный образ жизни, а ты с ними… Ведешь с ними аморальный образ жизни.

— Проститутки многое знают. А много проституток знают еще больше.

— Это все слова, Воронов, все слова… Эти ночные клубы, эта разгульная жизнь. Нет, я понимаю, молодой, кровь кипит, пар нужно выпускать. Все понимаю. Но не принимаю. И полковник Окалин не принимает. Извини, но высоким требованиям, предъявляемым к сотруднику милиции, ты не соответствуешь. Должности соответствуешь. Должности оперуполномоченного. Но с таким отношением к своему моральному облику начальником уголовного розыска тебе не стать.

— Проститутки — удар по моральному облику, — соглашаясь, кивнул Макс.

Он и не собирался обижаться на слова начальника. Сам прекрасно все понимал. И Кобрина на этом держал. Кобрин метил в большие начальники, за репутацией следил, порочащие его связи с проститутками не афишировал, поэтому и отстал от Макса. Но, видимо, не совсем. Все-таки капал начальству на Макса. И с проститутками старший лейтенант Воронов водится, и за сомнительные кражи берется. И про его прошлое тому же Окалину напел. Скорее всего, и подозрениями насчет Держнева поделился… Козел он, этот Кобрин. Но топором его из списка личного состава не вырубишь.

— И большой риск для здоровья, — добавил Макс.

— В том числе для душевного, — подхватил Левин. — Плохо, если заразу подцепишь. Плохо, если на подставу нарвешься.

— Ни прибавить ни убавить, все верно, товарищ полковник. Я все прекрасно понимаю.

— Но ничего не можешь с собой поделать, — мрачно усмехнулся начальник.