Книга Сквозь другую ночь, страница 151 – Вадим Панов

— Да.

— Нет.

— Ничего не говорил? – переспросил Драпеко.

— Мне ничего неизвестно ни о какой просьбе, с которой майор Вербин мог обратиться к Серёже, – очень твёрдо и очень уверенно ответила Таисия. – Я знаю только то, что они встречались и майор Вербин расспрашивал Серёжу о нашей совместной работе над книгой.

— Вас не смутил тот факт, что майор Вербин расспрашивал вашего редактора о вашей книге?

— И друга, – добавила Калачёва.

— И друга.

— Я была сильно возмущена и лично высказала майору Вербину всё, что об этом думаю. – Таисия помолчала и поправилась: – Думала.

— Теперь вы так не думаете?

— Как так?

— Как в тот момент, когда высказывали майору Вербину своё неудовольствие.

— Ага… – Калачёва без стеснения, почти акцентированно, посмотрела на адвоката, получила от него очередной одобрительный кивок и выдала явно заготовленную речь: – Если вы спрашиваете о моей позиции, то она не изменилась: я считаю, что действия майора Вербина больше напоминают преследование. И Леонид Маркович уже посоветовал мне подать жалобу на его действия. Да, работая над романом, я использовала несколько дел из полицейского архива, но у меня было на то официальное разрешение. Да, я придумала отличный сюжет для книги, но не виновата в том, что моя выдумка показалась полицейским настолько интересной, что они решили вновь взяться за расследование. Ещё раз повторю: я в этом не виновата. Не надо преследовать меня за то, что ваши дознаватели оказались не на высоте и не разобрались в тех убийствах. Или у них не хватило фантазии. Кроме того, у майора Вербина нет никаких доказательств того, что описанное в книге вообще возможно или произошло в действительности, но вместо того, чтобы искать настоящих преступников, он преследует меня.

Речь получилась энергичной, отлично отрепетированной и потому яркой. Она должна была впечатлить следователя, но Драпеко предполагал услышать нечто подобное, поэтому, позволив Калачёвой высказаться, осведомился:

— Таисия Андреевна, сколько раз вы встречались с майором Вербиным?

— Три, – почти сразу ответила Калачёва.

— А по его инициативе?

Возникла короткая пауза, после которой прозвучало негромкое:

— Один.

— Майор Вербин установил за вами наружное наблюдение? Прослушивает ваш телефон? Просматривает электронную почту?

— Мне об этом ничего не известно, – выдавила из себя Калачёва.

— А мне известно: никакие из перечисленных действий в вашем отношении не предпринимались. И ничего из неперечисленного – тоже. – Драпеко повертел в пальцах авторучку. – Не тянет на преследование, Таисия Андреевна, вы не находите?

— Моя клиентка неуютно себя чувствует, когда полиция без повода опрашивает её знакомых, – пришёл на помощь адвокат.

— У майора Вербина был повод и повод существенный – убийство. Убит Павел Русинов, бывший сотрудник Московского уголовного розыска, который перед смертью проявлял профессиональный интерес к роману Таисии Андреевны. Теперь убит Сергей Блинов, редактор книги.

— И что? – полюбопытствовал адвокат.

— Пока ничего, Леонид Маркович, я просто объяснил вашей клиентке, что она была неправа, называя действия майора Вербина безосновательным преследованием. – Драпеко перевёл взгляд на Калачёву: – Таисия Андреевна, майор Вербин попросил у Блинова файл самой первой версии вашего романа. Тот файл, который вы когда-то прислали Блинову для ознакомления и последующей работы над ним.