Книга В одном чёрном-чёрном сборнике…, страница 141 – Влада Ольховская, Олег Моисеев, Оксана Заугольная, и др.

Толстыми узловатыми пальцами, измазанными в моей крови, старуха бережно обхватывала синюшный комочек. Он был весь покрыт слизью. Скользкая мутно-серая, с багровыми прожилками масса густыми каплями падала мне на живот, на грудь, на шею и медленно стекала по бокам. Тепло. Липко. Мерзко.

— Доча у тебя, – она пихнула младенца к моему лицу.

Кроха так внимательно-изучающе смотрела на меня темными глазенками, что я умилилась и даже выдавила дрожащими губами улыбку. Но в следующий момент произошло то, что заставило меня заорать от ужаса.

Глаза малышки вдруг неестественно выпучились и завращались. Затем начали приближаться ко мне, удерживаемые… щупальцами! Те выдвигались из глазниц и неустанно шевелились. Одновременно из ноздрей ребенка вылезла пара рожек размером поменьше.

— Глянь, красавица какая, – словно издеваясь, сказала старуха. Она что, ослепла или совсем идиотка?

Повитуха перевернула уродца. На его спинке, в районе копчика, я увидела отросток, который закручивался спиралью, как улиточный домик.

— Уберите… от меня… эту… тварь! – я не сразу узнала собственный голос. Заторможенный и глухой, он в следующую же секунду перешел на визг: – Тварь, тварь, тва-а-арь!

Началом того, что со мной произошло, послужил этот кошмарный сон. Я уверена в этом. Чего только ни приснится беременной, скажете вы. Но именно в то утро, когда я разбудила мужа не привычным поцелуем, а дикими воплями, все пошло не так. Валерка буквально подпрыгнул на кровати, вскочил и забегал по комнате, как пойманный в клетку зверек.

— Ты чего? – не до конца отошедшая от ночного ужаса, я растерянно наблюдала за мужем.

— Где этот чертов пакет? – голос его дрожал.

— Какой пакет?

— Ну тот, что ты в роддом собрала.

— Зачем он тебе?

Валерка перестал метаться, присел на краешек кровати и внимательно на меня посмотрел.

— Лен, ты так орала. Я думал, началось.

Фух! У моего мужа не острое помешательство.

— До знаменательного дня у нас еще минимум месяц, – выдохнула я. – Мне приснилось, будто я родила гигантскую улитку, – тяжелый осадок от кошмара рассеивался, уступая место осознанию комичности ситуации. Я даже захихикала, окончательно избавившись от сонного морока.

— Кстати, о нас, – осторожно начал Валерка. – Меня Петюня отправляет на стажировку, – после паузы добавил: – В Германию, – и зажмурился в ожидании моей реакции.

Петюня – Петр Михайлович, босс мужа и конченый, на мой взгляд, самодур. Вместо того, чтобы дать подчиненным спокойно работать, он вечно что-нибудь выдумывает. То в языковую школу Валерку с коллегами отправляет (теперь мой муж не в совершенстве, но владеет немецким и китайским). То трудовой коллектив должен дружно ходить в фитнес-клуб, и это не считая курсов повышения компьютерной грамотности и уроков по скетчингу.

— Ты же сказал ему, что придется отложить поездку? – нахмурилась я. – Нам скоро рожать.

— Сказать сказал… – замялся любимый, – но ты же знаешь Петюню. В общем, не поехать не получится. Он не оставил мне выбора.

— Выбор есть всегда, – недовольно процедила я.

— Лен, только не нервничай, малыш все чувствует, – зачастил муж, прекрасно зная, чем зацепить. – Стажировка всего три недели. До родов точняк успею вернуться.

— Точно? – недоверчиво уточнила я.

— Точно!

— А если…

— Ты переживаешь, что останешься одна, – словно прочел мои мысли, – но я все придумал. Послезавтра утром рейс на Берлин, так что потихоньку собирайся, днем выдвигаемся к маме в Молохово.