Книга Этот мир не для нежных, страница 93 – Евгения Райнеш

А ей это как раз было очень на руку. Ничто не мешало осматриваться, и Лив замечала даже самые мелкие детали окружающей обстановки. Впрочем, именно мелкие детали, с первого взгляда незримые, создавали ощущение обжитости, уюта и любви самих жителей к этому месту.

Яркость и красочность уже не били по глазам, как это было в самом начале её пребывания на Ириде. Лив привыкла к сочности и наполненности каждого оттенка, так же, как не удивлялась навязчивой парности. Даже у самого небольшого и скромного здания обязательно присутствовала архитектурная симметрия, и это превращало обычное в торжественное и значительное. Пара небольших, чуть завитых к верхнему портику колонн, совершенно одинаково ажурные балкончики, расположенные с двух сторон двойных подъездных дверей, симметричные горгульи, словно выдавленные лепниной наполовину из стены здания. На каждом доме было что-то такое, уравновешивающее его, делающим природно-устойчивым, основательным, и с точки зрения человека, и согласно с правилами мироздания. У многих домов в специальных «загончиках» стояли по две пары совершенно одинаковых велосипедов. Велосипеды были очень знакомые Лив, ничем не отличающиеся от таких же, что она видела в большом количестве в своем городе. Наверное, это был и здесь один из самых популярных способов передвижения. Найтеу она больше нигде и ни у кого, кроме как в замке Шинга, не встречала. Хотя, впрочем, и видела-то она довольно мало за пределами гостеприимного замка, призналась себе Лив. И вот отплатила за все хорошее, привела беду в крепость зелёных стражей. Эх, Оливия, Оливия...

Иногда за приоткрытыми воротами, прячущими внутренние дворики, мелькали разноцветными пятнами развешенные после стирки вещи, все — парные, издалека Лив казалось, что они и на ветру-то вздымаются синхронно совершенно идентичными пузырями. А, может, и не казалось. Девушка вспомнила, как у скоростных коней Шинга летали чёлки, словно в зеркальном отображении. Лив вздохнула. Где-то сейчас найтеу Джонга? И всё ли в порядке с его всадником?

— Прекрати крутить головой, — тут же шикнул на неё жёлтый. — Опять проблем ищешь?

—Мы вышли, совершенно не маскируясь, без хансангов, и идем себе открыто по улицам. Что ещё может быть проблемнее на Ириде? — огрызнулась Лив.

— Тебе же объяснили, пуганая птица, — иногда интонация Мина становилась удивительным образом похожей на ворчливый голос Геннадия Леонтьевича. — На тебя наведен парный фокус, ты у всех двоишься в глазах. А я... Ирида давно привыкла к тому, что Теки имеет право творить совершенно отвязные вещи! Я могу появляться без хансанга. Это никого уже не удивит.

Мин произнёс это с такой гордостью, что Лив, впервые с момента появления отражения монахини на площади, улыбнулась. Ну, или хотя бы ей захотелось это сделать.

— Мне говорили о тебе что-то такое...

Лив вспомнила, как Джонг объяснял: «Можешь появляться на улицах половиной хансанга, только если ты — идиот Теки»... Мин, который не догадывался, что именно имела девушка в иду, когда улыбнулась, закончив фразу, гордо выпятил грудь.

— И я могу совершенно безнаказанно общаться с любым отребьем, — ещё более хвастливо продолжил жёлтый хансанг. — У меня иммунитет.

По крайней мере, слово это, совершенно не радужное, он выговорил без запинки. Словно общался с коллегами-врачами на консилиуме. Странно это было слышать от плечистого, казалось, средневекового своей образованностью стража.