Книга Все демоны моего мужа, страница 52 – Евгения Райнеш

— Лия! – Судя по всему, они довольно давно знали друг друга. Впрочем, возможно Лие для её научной работы часто приходилось бывать в хранилищах. Я поняла, что даже ни разу не поинтересовалась у подруги, как продвигаются её дела с диссертацией, замороченная своими проблемами, и мне стало очень стыдно.

— Это моя подруга, Елизавета. Она очень интересуется историей Аштарака, не обессудьте, что привела её сегодня к вам и без предупреждения. Мы рядом оказались, вот и зашли.

Татьяна Романовна улыбнулась в ответ.

— Ничего страшного. У нас же все-таки музей, а не частная усадьба. Для этого мы и работаем. Так что вас ещё интересует, девочки? Кажется, я Лие вчера рассказала все, что знала. Про Аштарак не очень много сведений, это правда. Всегда была закрытая для посторонних территория.

— Прямо совсем закрытая? – удивилась я.

— Нет, конечно, шлагбаумы там не стояли на въезде, – ответила музейщица. – И местные жители к тем, кто появлялся в деревне, относились дружелюбно. Но всегда, насколько я понимаю, была какая-то черта, за которую новых людей не пускали. Да и кому нужно было раньше забираться в такую даль, в горы? Это сейчас автобус вас за сорок минут поднимет, а в прошлом подняться было не так-то просто.

Вот так неторопливо беседуя, мы прошли мимо стендов со старыми фотографиями, завернули в зал с чучелами животных, которые обитали в этих местах и вышли к небольшой комнатушке. Это был кабинет со старыми шкафами, забитыми бумагами, тут же находился стол и несколько деревянных стульев.

— Будете чай? – спросила Татьяна Романовна. – Присаживайтесь.

От чая мы вежливо отказались, но на стулья присели. Так было как-то уютнее и основательнее.

— Вы упоминали про Деву Гнева, – сказала я. – Меня очень интересует эта легенда. Главным образом потому, что где-то уже слышала это, но никак не могу вспомнить, где и при каких обстоятельствах.

— Дева Гнева... – смотрительница посмотрела на меня с пониманием. – Это интересная история. Только, увы, она осталась только в виде устной легенды. Никаких документальных подтверждений о том, что когда-то существовал такой культ, не осталось. И я знаю только, что было такое предание, а о чем конкретно идет речь, ничего сказать не могу.

— Но в музее были какие-то записи, вы же говорили?

— Это тоже из разряда легенд. Мне рассказывал наш бывший директор, сейчас его уже нет в живых, что однажды кому-то понадобились эти записи, стали искать, и в папке нашли только горстку пепла. Тогда все документы хранились в таких картонных папках с веревочными завязками, они, кстати, в некоторых учреждениях до сих пор используются. Так вот, на самой папке, все так же плотно завязанной, и внутри неё никаких следов пожара обнаружено не было. Как я сказала, там был только пепел, немного слежавшийся от времени. Но это было уже лет пятьдесят или шестьдесят назад. Сейчас это просто одна из музейных «страшилок», такие небольшие легенды имеет каждый уважающий себя музей.

Я подумала, что все-таки не совсем ошиблась, когда предположила вчера, что без умершего хранителя тайны музея здесь не обошлось. Но была все-таки рада, что случилось все много лет назад и естественным образом. Татьяна Романовна была мне очень симпатична, и мне совсем не хотелось, чтобы она пострадала из-за моей страсти к триллерам. В смысле, что я ничего такого ужасного «не накаркала».