Книга Метла, страница 11 – Евгения Райнеш

Лёля оторвалась от разглядывания баночек и коробочек.

— Конечно, наследство — это хорошо, но я, в первую очередь, тебе всё-таки соболезную.

Соня подняла на Лёлю несколько растерянные глаза:

— Лёль, тут дело в том, что соболезновать как-то немного поздно. Дедушка лет двадцать назад умер... Меня тётка тогда ещё с похорон выгнала. Будто я эту квартиру делить пришла. Я обиделась тогда и больше с ними не общалась много лет как. На самом деле у меня и претензий на эту квартиру никогда не было. Чужая квартира, чужое наследство. А тут его внуки — я, Лёль, даже и выговорить-то не могу, кем они мне приходятся — вдруг звонят и говорят: "Мы решили квартиру продать и наследство честно поделить. Приезжайте".

— История логике подвластная с трудом, — задумалась осмотрительная и подозрительная Лёля. — А вернее, совсем неподвластная. В чём подвох?

Соня поёрзала на мягком диванчике:

— Не знаю я, Лёль. Странно это всё. Может, они сон увидели все одновременно. Ну, как бы дедушка им явился и говорит: «Ай-я-яй, что ж вы про Соню-то забыли...».

Лёля посмотрела на Соню с видом «Сама-то поняла, какую глупость сказала?». Соня так же молча, только гримасой, отсемафорила подруге: «А что я ещё могу думать?». И тут же вслух произнесла:

— В общем, я сегодня лечу в другой город. Какие-то бумаги подписать должна. И деньги получить.

4

Под очередную сводку криминальных новостей Соня тащила за собой сумку по огромному залу аэропорта. Сумка, в которую она собрала только самое необходимое на три дня, почему-то ужасно оттягивала руку. Поэтому Соня очень обрадовалась, когда увидела, что у стойки с нужной ей компанией совсем нет очереди. Ринулась туда, но тут же сникла: «бизнес-класс». Её место, как всегда, оказалось в огромной толпе с кучей чемоданов и маленькими, постоянно орущими детьми.

«Ночь не обещает быть томной... Поспать не удастся, а как бы мне хотелось», — печально подумала Соня. Когда (не очень скоро) подошла её очередь, оператор устало посмотрел в паспорт и на Соню, поставил штамп в посадочный талон, и заучено, но довольно галантно произнёс:

— Счастливого пути.

Соня достала телефон. Она собиралась доложить мужу, что скоро должны объявить её посадку, но вдруг в долгие гудки врезался разговор, очевидно, совершенно не предназначенный для её ушей. Говорили двое — мужчина и женщина, и Соня уже совсем было собралась выйти из этого случайного диалога, как вдруг поняла, что это её муж разговаривал с незнакомой ей женщиной.

— Мы же с тобой договорились, чтобы этим не заниматься, — произнёс мужской голос и странно задышал в трубку.

— Чем? — тихо переспросила женщина.

— Скучаниями.

Женский голос прозвучал даже отчаянно грустно:

— Я стараюсь, но у меня это плохо получается. Мне много чего хочется. И так мало что из этого получается.

— Вы все эгоистки, — самодовольно сказал мужчина, голос которого казался очень похожим на голос Сониного мужа. — И вам этого всего хочется до определённого этапа. Я женщин ненавижу. Поэтому позволь тебя считать нимфой.

— Я думаю, что не очень похожа, — женщина явно начала кокетничать.

— Просто не все тебя раком видели. Ты мне вчера снилась, кстати.

Соню передёрнуло от грубости фразы, но она не в силах отсоединиться от этого странного диалога, продолжала слушать дальше.