Книга Явление прекрасной N, страница 122 – Евгения Райнеш

— А скажите мне, ничего вдруг на теле вашей жены не появилось? Не обязательно странного, а такого, чего раньше не было?

Гордей хотел с торжеством сказать: нет, чтобы уесть Веру, но вдруг вспомнил про гигрому.

— На ступне, — нехотя признал он. — Гигрома.

— Могильная кость, — кивнула Вера. — Так и знала. Навья косточка.

— Гигрома — не кость, — Гордей не мог промолчать, хотя смысла спорить с ведьмой вообще не видел. — Это полостное образование в суставе. У вас какой вуз, простите?

— Не медицинский, — Вера улыбнулась, не обидевшись на язвительный тон. — А навья кость не кость на самом деле, но и не полостное образование. Это заветная игла, в которой находится жизнь Кощея бессмертного. Сказки-то вы читали? Думаете те, кто их из поколения в поколение передавал, совсем глупые были?

— Нет, — покрутил головой Гордей. — Я так не думаю.

— Кощей Бессмертный, — пояснила Вера. — Возможно, в древности существовал какой-то ритуал, который обещал человеку обретение бессмертия. Вы слышали про «Чёрную могилу» в Чернигове?

Гордей не слышал.

— Если кратко, то археологи раскопали древний курган, в котором обнаружили погребение взрослого мужчины, подростка и женщины. Там много интересных предметов, и не все ещё до конца изучены, но на одном из них изображена эта древняя сказка: игла в яйце, яйцо — в утке, утка — в зайце, заяц — в заветном ларце. По одной из версий, в могиле был захоронен основатель города Чернигова князь Черный.

Гордей промолчал. Ну что он мог на это сказать?

— Но все, кто ищет бессмертия, — продолжила она, — в конечном итоге застревают между двумя мирами — живым и мёртвым. В это же «межстенье» попадают случайно и несчастные, которым не оставили выбора: не похороненные покойники, например. Или неупокоенные, у которых остались важные незаконченные дела. Ни туда, ни сюда, вот и стараются прибиться к знакомому миру, который оставили. На Руси, обезопасить себя от назойливых мертвецов можно было единственным известным способом: в полночь разрыть могилу, найти невидимую «навью» косточку и сломать её. А ещё вернее — сжечь. Только тогда мертвец успокаивался, умирал окончательно.

— Очень интересно, — сказал Гордей. — Но при чём тут Кайса?

— Вы не поняли? — удивилась Вера. — В вашей жене сидит нечто, предки называли это навью.

— А что у нас — навь? — поинтересовался он. — Зомби?

Та покачала головой.

— Зомби — подчинённые чужой воли, тупые, не помнящие прошлого мертвецы, поднятые по приказу. Навь нисколько не глупее людей, они всё помнят о своей прежней жизни и не обязательно являются, чтобы причинить кому-то вред. Просто заблудившиеся путники.

Гордей вспомнил, как недавно видел проявление черт Ниры в лице Кайсы.

— То есть я всего-навсего должен уговорить жену удалить гигрому? И всё вернётся на круги своя?

— Не так просто, — покачала головой Вера. — Сейчас я скажу вещи, которые вам покажутся совершенно дикими и невозможными. Но вы должны знать: необычные болезни лечатся необычными методами. Отнеситесь к этому, как к экспериментальному лечению. Испытанию нового лекарства.

— И что же это за невозможные вещи? — напрягся Гордей.

— Вы не решите проблему, удалив гигрому, — ответила Вера. — Вам нужно найти останки нави.

— Что⁈

— Ваша воскресшая Нира — не воскресала. Судя по всему, она давно мертва.