Книга Измена. Пока месть не разлучит нас, страница 60 – Инга Максимовская

— Ну и прекрасно. Зубы ему тоже я оплатила, — хриплю я, загибаясь от желания других прикосновений.

— Так что, детка, у нас все идет по плану?

— Даже лучше.

— Тогда может быть мы продолжим этот вечер в огненном экстазе?

— Молчи, — умоляю я, чувствуя, как слабнут ноги. — Пожалуйста. Просто помолчи.

— Тогда я тебя украду. Увезу на край света…

— Музыка закончилась. Давай не будем девочкам портить удовольствие. Они заслуживают получить свою долю триумфа.

— А на край света?

— Про это мы с тобой потом поговорим. Когда все закончится, — шепчу я, навесив на лицо боагодарную улыбку. Семушка мне целует руку. И я иду на негнущихся ногах к столику, за которым сидит Алекс, похожий на раскаленный самовар. Я не хочу сидеть рядом с ним. Я хочу на край света.

Лидия

— Ой, Алекс, а ты тут какими судьбами? — я смотрю на моего почти жениха, и понимаю, что чувствую… Облегчение? Мне даже мстить уже не хочется. Просто этот человек не вызывает во мне даже отвращения уж. Он убогий. Он поганец. Он… Черт, и как я могла быть в него влюблена?

Вика позвонила, сказала, что Алекс уходит. Все идет по плану. Эх, Алекс. Алекс, ты слишком предсказуем. В телефоне у Вики потер звонки, пока она танцевала с моим братом, и внес номер доктора в черный список. Глупый, глупый.

— Да вот, пришел посмотреть, как тут развлекается моя невестушка беременная, — он хочет выглядеть ядовитым и ехидным, но слишком нервничает. Боится, что Викуся сейчас побежит за ним. Ведь он то пуп земли. Все должны служить ему, как идолу. Все должны молить его о прощении. Упс. Не побежит, Лешенька. У нас все спланировано.

— Милый, это не то что ты думаешь, — блин, я пытаюсь притвориться напуганной, но выходит чертовски плохо. С трудом улыбку сдерживаю торжествующую. Его корона на голове покосилась сейчас и превратилась в обломок глиняного горшка. Но он еще этого не понял. Его непогрешимость под вопросом. — Просто Боря… Ну, то есть, Борис, он… Папа сказал, что продукты на свадьбу мы у него будем заказывать, и…

— И поэтому ты с ним целовалась? За продукты он тебя на столе чуть не разложил? Это семейное у вас, давать за жратву? Может и ребенок у тебя от поставщика продуктов, а детка?

— Что ты такое говоришь? Алекс… Да как ты можешь? Масик, я же… — боже, а ведь я такой была. Совсем недавно. По-настоящему такой. Он всегда меня заставлял чувствовать вину, даже когда я была невиновна. Это ужасно. И самое страшное, что я считала это нормальным. И я готова была служить своему идолу. А теперь словно пелена спадает с глаз. И я начинаю понимать, что все может быть совсем иначе. Боря показал мне, что я могу быть принцессой. Настоящей, не по праву рождения, а по факту того, что я желанна и любима. К горлу подскакивает тошнота. Черт, какие мы с девчонками дуры.

— Масиком иди своего трахаря зови, шлюха. Все вы… Все… И отцу своему передай, что я не люблю порченый товар. Свадьбу свою засуньте…

— А ты ничего не попутал, бес? — голос Бориса гремит. Он словно вырастает из воздуха такой надежный, такой яростный. Он настоящий мужик. С ним спокойно и тепло. И он сейчас действительно зол. Он ведь ударит Алекса, и все наши планы полетят псу под хвост. У меня слезы на глаза наворачиваются. Настоящие. И не от оскорблений. Мне просто страшно обидно, что я столько времени потратила на ничтожество.