Книга Измена. Пока месть не разлучит нас, страница 2 – Инга Максимовская

— Да, мне срочно нужно на работу. Эти идиоты ничего не могут сделать без меня. Крошка, мне очень жаль. Просто до безумия. Ты же знаешь, как я мечтал познакомиться с твоими родителями.

Это катастрофа. Просто ужасная катастрофа. Мама и папа будут в ярости. Особенно мама.

— Малыш, ну извинись перед ними. Я заглажу свою вину. Завтра и заглажу. Твой отец бизнесмен, он должен понять. Работа не может ждать.

Алекс целует меня в нос. Так нежно, что моя ярость и расстройство меркнут, гаснут словно политые из огнетушителя.

— Хорошо, милый. Знаешь, я тогда просто позвоню сейчас родителям, и все на завтра перенесу.

— Конечно. Люблю тебя, — мурлычет мой мужчина. Он моя любовь. Ему нужна я, а не отцовы деньги, как всем его предшественникам. И я поэтому была одна. До сих пор одна. А мне уже тридцать. У Алекса свой бизнес, очень успешный, что-то в сфере рекламы или дизайна. Это абсолютно точно. Ему нужна я, такая, какая есть.

— Ты же мой?

— Ну, конечно, счастье мое. Только твой. Извини, мне правда пора.

Я провожаю взглядом самого лучшего на свете Алекса. Так. Теперь осталось самое ужасное, позвонить маме и перенести встречу. Выдыхаю. Раз-два-три. Взгляд падает на портфель. Алекс забыл портфель. Черт. Там ведь, наверное, нужные документы. Надо его догнать? Нет, он наверняка уже умчался на своем шикарном седане премиум класса. Не догнать. Надо их ему отвезти.

А куда? Я только сейчас понимаю, что мы всегда встречались у меня, потому что живет Алекс где-то за городом. Наверняка в кейсе должен быть документ.

Алекс

Я люблю женщин. Всех, без исключения. Ну вот такой я. Мне всегда их мало. Мне скучно и пресно той единственной, которая стала моей суженой.

Мне мало моей жены, хотя она прекрасна. Я женился на ней по любви это уж точно. Но любовь живет три года, так говорят. Потом она трансформируется в подобие дружбы. А еще мне с ней удобно и комфортно. Моя жена — идеал. Слишком правильная, не чересчур требовательна. Она хорошо зарабатывает, верит во все, что я ей говорю и любит меня. Этого достаточно для счастливого брака, я считаю. Ее любви хватает на то, чтобы поддерживать на плаву наш семейный плот. Кто-то любит, кто-то позволяет себя любить. Но мне с ней хорошо.

Да. Вот именно так. За восемь лет брака любовь трансформировалась в нечто иное. Наверное большее даже. В родство. Мы словно родные стали. Но… Исчезла искра, нет больше того трепета от ее прикосновений. Растворилась какая-то составляющая притяжения. Или… Я просто не умею любить только одну женщину.

Тори хочет детей. С ума сошла от желания родить. И эти ее ежемесячные навязчивые состояния меня приводят в глухую ярость. А еще она ненавидит, когда я зову ее Тори.

— Детка, ты, как всегда, обворожительна, — шепчу я, дотягиваюсь до колечка волос за ее ухом. Рыжих бесстыжих. Она почти не изменилась. Фигура подтянутая. Она хорошая жена, следит за собой, блюдет себя для меня. Только вот… — Белье просто бомба, — и я почти не вру.

— Тебе правда нравится? — приподнимает бровку Вика. Идеальную бровку, надо сказать. И ногти у нее алые, острые. До мигрени, блин.

Я люблю женщин. Всех. Любых. Есть женщины для любви. Есть для страсти. Есть такие, как Вика, шикарные, холеные, но слишком приевшиеся. Есть бабы для секса, комфорта, глажки рубашек, душевных разговоров. А есть жена. Она сочетает в себе все добродетели, но… Она уже неинтересна, как привычные тапки, у которых на пальце лопнула ткань от долгой носки. Но выкинуть их слишком расточительно и глупо. Потому что пользы от них все же больше.