Книга Лед тронулся, тренер! Но что делать со стояком? 18+, страница 123 – Игорь Некрасов

— Здравствуйте, — сказала она. Голос — ровная, монотонная волна, без единой эмоциональной ряби. Но в этой ровности сквозила такая сверхконцентрация, что воздух вокруг неё будто густел.

— Здравствуйте, Алиса, — кивнул я, отрываясь от стула.

Внутри всё ёкало, но уже не от страха, а от гипер-интереса: что же будет дальше? Что я увижу? Ледяной монолит? Или монолит с тайной трещиной?

— Проходи. — произнёс я и направился к шкафчику с маслами, затем, не оборачиваясь, спросил: — Как ноги? После вчерашнего, наверное, гудит всё.

Я нарочно сделал акцент на «вчерашнем». Пусть сама решает, о чём я думаю: о пропущенном вечернем сеансе или о… её вчерашней «активности». Она же едва заметно замерла, всего на долю секунды. Её взгляд дёрнулся, метнулся к моим глазам и тут же, словно обжегшись, отскочил обратно к изучению воображаемого атласа.

— Напряжение есть, — ответила она, сводя весь диалог к констатации факта. — В левой икре.

— Ясно, — сказал я, выбирая масло. Лаванда или ментол? Лаванда, она успокаивает, а ей это сейчас явно нужно. — Раздевайся до белья, ложись на живот. — произнёс я, обернувшись. — Сегодня сосредоточимся на ногах.

Она повернулась спиной, и её движения по снятию одежды, казалось, были лишены даже намёка на женственность. Чистая функциональность: футболка на стул, штаны аккуратно сверху.

На ней остались практичные чёрные спортивные трусы и такой же топ. Никаких кружев, никаких намёков. Боевая экипировка для ледового фронта.

Когда она улеглась на кушетку, её спина напоминала не расслабленное тело, а архитектурное сооружение. Каждая мышца была чётко очерчена, каждая лопатка лежала ровно, но под этой идеальной картинкой чувствовалась такая статичная напряжённость, будто внутри у неё был стальной стержень, раскалённый докрасна.

Интересно… о чём она сейчас думает? — задумался я сам и налил масло в ладони.

Запах лаванды вступил в странную дуэль с её холодным, чистым ароматом — чем-то вроде морозного воздуха и дорогого мыла. В следующую секунду мои руки легли на её ледяные лодыжки, и кожа была действительно холодной, будто её только что принесли с катка.

— Постарайся расслабиться, — сказал я, начиная плавные движения. — Иначе будет только хуже.

— Я расслаблена, — последовал мгновенный, безжизненный ответ.

Враньё! — тут же пронеслось в голове, и я даже чуть не фыркнул вслух, но сдержался и вместо этого просто усилил нажим.

Работа закипела.

Её икры казались не просто уставшими — они будто были сплетены из бетона и колючей проволоки. Я находил узел за узлом, триггер за триггером. Она не издавала ни звука. Её дыхание было настолько ровным и контролируемым, что становилось даже жутковато.

Мы словно участвовали в немом соревновании на выносливость.

Да уж… ей явно нельзя пропускать сеансы массажа с такими-то мышцами. Тут работать и работать… нужна минимум неделя, чтобы привести их в норму, и это еще не учитывая, что она постоянно будет их напрягать во время тренировок.

Я продолжал массаж еще где-то пять минут, успел подняться выше, и вот на правой икре, под самым выступающим местом, мои пальцы наткнулись на нечто странное. Не на просто зажим, а целую крепость из спазмированных волокон.

— Вот тут, — констатировал я. — Глубокий спазм. Микронадрыв, если не хуже. Чувствуешь боль? — в ответ молчание, но её нога под моей ладонью, под пальцами, давящими на участок, дёрнулась — крошечное, предательское судорожное движение. — Придётся поработать… серьёзно поработать, — заявил я без ухищрений. — Иначе нельзя. Так что терпи.