Книга Воплощение Похоти 6, страница 94 – Игорь Некрасов

— Будет сделано, сестра.

— Вторая группа, — Элоди перевела взгляд на оставшихся в строю, но потрёпанных инквизиторов во главе со старшим жрецом, — вы ищете Сердце снаружи. Обыщите руины храма, подземные ходы, канализацию — всё, что могло служить прибежищем его силы. Двигайтесь методично. Не упустите ни одного следа.

Жрец склонил голову в знак согласия, его руки невольно сжали посох.

— Третья группа… все, кто ранен или на пределе, — она подавила новый приступ кашля, и её голос, хоть и стал тише, не потерял стальной твёрдости, — под моим началом. Мы обыскиваем улицы и дома. Наша задача — найти выживших горожан. Вытащить тех, кто отсиделся в подвалах, кто ранен и не может кричать. Но будьте настороже. Пока мы не найдём ядро, создание некрополиса нельзя считать остановленным. Отдельные твари могут подняться вновь, а отчаяние и страх людей будут продолжать питать его.

Окружавшие её выслушали приказ в гробовой тишине, лишь кивками и взглядами подтверждая своё понимание. Затем началась короткая, отлаженная суета. Жрецы, чьи голоса ещё не сорвались от непрерывных молитв в бою, развернули заговорённые свитки восстановления.

Длинные, монотонные напевы не требовали большой траты их собственной маны — энергия была вложена в пергамент при создании, — но требовали времени и концентрации. Светящиеся печати медленно плыли над рядами воинов, затягивая самые страшные раны, очищая разум от налипшего ужаса и скверны.

Те, у кого сил хватало, помогали другим — туго перевязывали раны простыми бинтами, втирали мази, делились последними глотками воды из походных фляг.

Прошло не больше двадцати минут — больше они позволить себе не могли. Группы сформировались быстро, с отлаженной, почти машинной эффективностью, которую не смогла сломить даже смертельная усталость.

Битва кончилась. Теперь начиналась зачистка.

Группа Теодора двинулась к замку. Их шаги по скрипящему щебню и обломкам были тяжёлыми. Взгляды, острые как отточенные клинки, сканировали каждую бойницу, каждую тень. Они шли не как победители, а как сапёры на минном поле, зная, что самую страшную ловушку Архилич мог оставить именно здесь, напоследок.

Вторая группа рассыпалась цепью по периметру главной площади и ближайших руин. Их посохи и амулеты слабо светились, сканируя эфир на предмет остаточной, сконцентрированной магии. Они заглядывали в каждую яму, каждую промоину, ощупывали магией груды камней, ища аномалии, ища спрятанное, пульсирующее зло.

А Элоди повела свою — самую большую и самую измотанную — группу по безмолвным, вымершим улицам. Они стучали в уцелевшие двери, разбирали завалы у входов в подвалы, хрипло кричали в темноту: «Откликнитесь! Орден Света! Есть кто живой?»

В ответ чаще была гнетущая тишина. Иногда — тяжёлый, сладковатый запах смерти. Изредка — тихий, сдавленный плач или испуганный шорох в глубине. Они вытаскивали перепуганных, голодных, сходящих с ума людей, и проводили им наспех обряды поверхностного очищения, и отправляли к условно безопасному месту — на одну из немногих улиц, не заваленных гниющими трупами.

Они были уставшими до полного изнеможения, их броня висела на них неподъёмным грузом, а каждое движение отзывалось пронзительной болью в мышцах и старых ранах. Но они продолжали.

Потому что это был ещё не конец. Скверна разрослась и пустила корни. Даже если физическая оболочка Архилича была уничтожена, колоссальная негативная энергия, пропитавшая камни, землю и сам воздух Нааркома, никуда не делась. Сейчас у них не было сил на глобальный ритуал очищения всего города.