Книга Воплощение Похоти 5. 18+, страница 28 – Игорь Некрасов

Когда всё касательно обеспечения безопасности было сделано, начался настоящий адский субботник.

Рытьё ям было тем ещё зрелищем. Эля бегала от одной ямы к другой, выверяя глубину и угол наклона, попутно пытаясь поддерживать порядок в этом костяном хаосе.

Один скелет, услышав приказ, с таким рвением рванул лопатой, что его кисть, зажавшая древко, отлетела и, описав дугу, шлёпнулась в соседнюю яму. Другой скелет, работавший в той яме, принял её за камень и со всей дури ударил лопатой. Кости разлетелись веером.

— Прекратите! — взвизгнула Эля. — Вы же сами себя разбираете на запчасти! Ты, — она ткнула пальцем в первого скелета, — иди ищи свою руку! А ты, — повернулась ко второму, — прекрати бить по своим!

Я, наблюдая за этой суматохой, не удержался от комментария.

— Эля, может, им стоит выдать не лопаты, а клей? Чтобы сразу скреплять друг друга по ходу дела? Смотри, вон тот уже на треть состоит из костей соседа!

— Господин, не отвлекайте! — огрызнулась она, выхватывая из ямы чей-то позвонок, запутавшийся в верёвке для растяжки. — И без того тут каждый второй думает, что он конструктор!

Я усмехнулся и пошел чинить недотёп, а Эля продолжала выкрикивать команды.

— Глубже! Копайте глубже! Чтобы не только ногу пробило, но, и чтобы сверху товарищ на него упал!

Анора тем временем руководила «лесоповалом». Скелеты-дровосеки с тупыми топорами с грохотом валили деревья. Потом Ольха, используя свою змеиную мощь, очищала их от сучьев, а Анора своим мечом, точным как скальпель, затачивала концы, создавая смертоносные колья.

— Смотри, господинсс-с! — гордо прошипела Ольха, с лёгкостью втыкая трёхметровое заострённое бревно в землю. — Как колышек-с!

— Замечательно! Прямо в яблочко… точнее, в будущее яблочко какого-нибудь паладина, — одобрил я.

Балия, к моему удивлению, внесла свой уникальный вклад. Она взяла на себя «контроль качества» кольев. Она обходила груды заточенных брёвен, проводила пальцем по острию, и если на её идеальной коже не проступала капелька крови, томно вздыхала:

— Плохо… это не боль, это — намёк на дискомфорт. — И тогда она доставала свою алебарду, и вскоре древесина затачивалась до бритвенной остроты.

В это же время крысокроты, эти живые экскаваторы, сначала вырывали глубокие ямы, а затем проделывали тоннели и ходы для ловушек, из которых не было возврата. Упавший в ловушку и решивший залезть в тоннель уже не смог бы вернуться, настоящий ад для клаустрофоба. Зверята выгрызали целые лабиринты под корнями деревьев, которые потом маскировались дёрном.

В целом маскировкой занимались все, кому не лень. Эля плела сети из веток и лиан, чтобы накрывать ямы. Анора с присущей ей педантичностью сравнивала землю и подбирала подходящий мох. Ольха, лёжа на брюхе, своим хвостом аккуратно заметала следы.

Ну а я, как истинный руководитель и вдохновитель, усердно трудился в самом ответственном месте — на пеньке. Я вдохновлял коллектив. То есть сидел и дышал почти свежим воздухом. «Почти» — потому что вонь от моих «строителей», особенно от мясного голема и зомби, перебивала все ароматы леса. Пахло так, будто в общественном туалете на музыкальном фестивале устроили скотомогильник.

— Эля! — крикнул я. — Я тут подумал… Может, не стоит так тщательно маскировать ямы? Враг и так нас учует за версту. Это ж готовая система оповещения — где воняет, там и ловушки!