Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 1. 18+, страница 113 – Игорь Некрасов

— Ладно, — сдался он, его голос стал тише. — Твоё желание. Только, чур, без дезодорантов.

Карина отложила карты, её выражение лица сменилось с азартного на задумчивое и чуть более серьёзное.

— Хорошо, — кивнула она. — Тогда вот моё желание. Расскажи мне что-нибудь… настоящее. То, о чём ты никому не рассказываешь на работе. Какой-нибудь свой самый дурацкий страх. Или самое первое воспоминание. Что-то одно, на твой выбор. Но — честно.

Игорь смотрел на неё с удивлением. Он ожидал чего угодно — нового унизительного трюка, намёка на продолжение игры в раздевание, но не такой простой и тихой просьбы.

— И всё? — недоверчиво переспросил он.

— И всё, — подтвердила Карина. — Иногда самая большая ставка — это доверие. И, по-моему, оно куда рискованнее, чем просто снять штаны.

— Может, лучше штаны? — съёжился Игорь с наигранным ужасом.

— Ой, да что я там не видела у тебя! — отмахнулась Карина, но щёки её порозовели. — Давай, рассказывай. Интересно же.

Игорь вздохнул, откинулся на спинку стула и уставился в потолок, собираясь с мыслями. Внезапно вся его напускная бравада куда-то испарилась.

— Ладно… — он провёл рукой по лицу. — Помню, мне было лет семь. Мы с родителями жили в старом доме с огромным тёмным подвалом. И я там потерял свою первую игрушечную машинку — красную «Феррари», подарок на день рождения.

Карина слушала, подперев подбородок рукой, её взгляд был мягким и внимательным.

— И вот, — Игорь неуверенно усмехнулся, — я так её хотел найти, что сам пошёл в этот подвал. С фонариком. А там… паутина, странные звуки, сырость. И вдруг фонарик начинает мигать и гаснет. Полная темнота. И тишина. А я стою и понимаю, что не помню, где дверь.

Он замолчал, снова переживая тот детский ужас.

— И что было дальше? — тихо спросила Карина.

Игорь горько усмехнулся, глядя в пол.

— А дальше… Я так и стоял, боялся пошевелиться. И тут прямо рядом со мной, в темноте, что-то шурша пробежало. И коснулось моей ноги. Мне показалось, что это была огромная крыса. Я закричал словно резаный. И… — он замялся, но потом выдохнул: — И от страха описался. Прямо в штаны. На мой крик прибежала мама с фонарём и вытащила меня оттуда. А я весь мокрый, дрожащий и пахнущий… ну, ты поняла.

Он замолчал, сгорбившись. Рассказать эту унизительную деталь было не совсем приятно. Он думал увидеть на её лице смех или брезгливость.

Но Карина не засмеялась. Она внимательно смотрела на него, и в её глазах не было ничего, кроме понимания.

— Блин, — тихо выдохнула она. — Это же жутко. Маленькому мальчику в полной темноте… И крыса… Я бы, наверное, вообще сознание потеряла.

Она помолчала, а потом добавила:

— А знаешь, что? Мне кажется, каждый, кто говорит, что ничего не боится — просто очень хорошо врет. Или никогда не терял в подвале свою самую лучшую машинку.

Игорь поднял на неё взгляд и впервые за этот вечер улыбнулся по-настоящему, без иронии и защитных шуток.

— Да? А ты? Чего боишься-то?

Карина задумалась, на её лицо вернулась лёгкая, игривая улыбка.

— Это уже будет стоить тебе… ну, скажем, одного желания в следующем туре. Если, конечно, наберёшься смелости играть дальше.

— Конечно, продолжим! — с вызовом заявил Игорь, азарт снова вспыхнул в его глазах. — Я ещё хочу отыграться. И, надеюсь, у тебя под топом больше нет топа. А то это будет читерство.