Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 2. 18+, страница 128 – Игорь Некрасов

Игорь удивленно смотрел на мелькающие экраны.

— Погодите… То есть, кому-то действительно могут быть нужны эти акции?

— Коллега, — Семён Семеныч посмотрел на него поверх очков, — на рынке есть место для любого актива. Вопрос лишь в цене и в правильном представлении его… специфики. — Он снова углубился в записи. — У меня как раз есть на примете несколько контактов. Это… скажем так, инвесторы с особым взглядом на вещи. Их не пугает временная недооценённость. Их интересует стратегический потенциал. Пусть даже и весьма отдалённый.

Он взял свой рабочий телефон, поправил галстук и повернулся к Игорю, и в его глазах горел странный огонёк — смесь азарта и служебного рвения.

— А теперь, дружище, — сказал он, и в его голосе впервые прозвучали почти отеческие нотки, — смотрите и учитесь. Первый звонок — господину Свиридову. Человеку, который… — он сделал многозначительную паузу, — … ценит нестандартные возможности.

Семен Семеныч набрал номер. Раздались гудки, и его поза мгновенно изменилась — спина выпрямилась, голос приобрел ровные, уверенные интонации, лишенные привычной душности.

— Аркадий Степанович? Семён Семеныч из «Вулкан Капитал». Беспокою вас по поводу уникальной ситуации. — Пауза, он слушал, кивая. — Совершенно верно. Но речь идёт о пакетах «Сибирского цемента» и «Дальневосточной энергетики». Да, понимаю вашу реакцию. Однако, рассматривайте это не как активы, а как опционы на будущую реструктуризацию долгов. Вероятность, разумеется, невысока, но в случае успеха… — Он позволил многозначительной тишине сделать свою работу. — Именно. Я предлагаю вам приобрести их по цене, компенсирующей ваши риски. — он говорил, затем слушал, его лицо оставалось невозмутимым. — Блестяще. Бумаги будут переведены. Всего наилучшего.

Он положил трубку, не меняя выражения лица, и тут же набрал следующий номер.

— Елена Станиславовна? Семён Семеныч. У меня на повестке дня пакет «Дальневосточной Энергетики». Нет, не для дивидендов. Для хеджирования вашего портфеля в волатильный период. Они движутся в абсолютной независимости от рынка. — Пауза. — Десять тысяч штук? Договорились.

Третий звонок был короче.

— Борис? Да, это Семён! Да. «Сибирский Цемент». Номинал минус сорок процентов. Нет, аукциона не будет. Бери или оставь. — Пауза. — Хорошо.

Он клал трубку, его пальцы летали над клавиатурой, оформляя сделки. Он не спорил, не уговаривал. Он констатировал факты, предлагал условия и заключал соглашения своим сухим, безапелляционным тоном, который, видимо, внушал необъяснимое доверие.

Не прошло и двадцати минут, как он откинулся на спинку кресла и повернулся к Игорю, который сидел с открытым ртом.

— Пакет акций «Сибирского Цемента» и «Дальневосточной Энергетики» реализован полностью, — произнес он своим обычным, душным тоном, как будто сообщал о смене картриджа в принтере. — Так что прямое поручение руководства выполнено в установленные сроки.

Игорь смотрел на него, не в силах вымолвить ни слова. Он видел, как за двадцать минут этот занудный педант сделал то, что ему самому казалось абсолютно невозможным. В глазах Игоря смешались шок, облегчение и неподдельное восхищение.

— Да ты… чертов гений, — наконец вырвалось у него, голос срывался от нахлынувших эмоций. — Как ты это делаешь? Ты же чертов финансовый Эйнштейн!