Книга Вулкан Капитал: Орал на Работе 3. 18+, страница 198 – Игорь Некрасов

Игорь, ведомый её откликом, решил углубиться. Он прижал язык острее и сильнее, пытаясь проникнуть глубже. Кончик его языка настойчиво, но не грубо надавил на вход в её влагалище, преодолел сопротивление упругих мышц и погрузился внутрь на пару сантиметров. Там было невероятно горячо, тесно и влажно.

Солоновато-сладкий вкус её возбуждения, смешанный с лёгкой горчинкой, был здесь особенно концентрированным. Он сделал несколько коротких проникающих движений, ощущая, как её внутренние мышцы рефлекторно сжимаются вокруг его языка. От этого глубокого интимного проникновения Азиза взвыла — долгим, хриплым, почти животным звуком, и её бёдра дёрнулись так резко, что чуть не сбили его с ритма.

Затем он поднялся выше, к самому эпицентру её наслаждения. Он обхватил губами её набухший твёрдый клитор и присосался к нему — нежно, но с ощутимым давлением. Одновременно кончик его языка заскользил по его чувствительной головке быстрыми мелкими движениями. Это был двойной удар — вакуумное давление и точечная стимуляция.

Её тело затряслось в предоргазменной буре, стоны стали сплошными, прерывистыми, а её пальцы впились в сиденье так, что, казалось, вот-вот прорвут кожу. Игорь, чувствуя, что она на грани, вцепился в её ягодицы ещё сильнее, и он с силой притянул её таз к своему лицу, словно желая вобрать в себя ее всю.

Его язык, уже уставший от интенсивной работы, но подстёгиваемый её реакцией, заработал с новой лихорадочной скоростью. Он сосредоточился исключительно на её клиторе — быстрые вибрирующие движения, жёсткое давление плоской частью языка, короткие отрывистые поцелуи. Он уже не просто чувствовал её вкус — он ощущал, как всё её тело собирается в тугой трепещущий узел.

Мышцы её живота напряглись до предела, её бёдра перестали двигаться и застыли в спазме. И тут её ноги, до этого раскинутые, резко сомкнулись по бокам его головы, сжав её в тисках своих бёдер. Это был инстинктивный, почти судорожный жест, замыкающий его в самом эпицентре её надвигающегося пика.

— Да… да, сука, да! — вырвалось у неё громко, хрипло, почти как крик.

Её голос сорвался, в нём не было ничего от прежней игривости или стеснения — лишь чистая животная потребность и признание его власти в этот момент. Игорь почувствовал, как её киска буквально хлынула новой волной тёплой густой влаги. Соки, смешанные с его собственной слюной, стекали по его подбородку, оставляя липкие солоноватые дорожки.

Он не прекращал своего нападения, и его язык теперь ласкал всю её щель — широкие влажные движения снизу вверх, он облизывал её набухшие сочные половые губы, забираясь в каждую складочку, затем снова погружался внутрь её влагалища, ощущая, как её мышцы пульсируют в такт её учащённому сердцебиению.

И вот её ноги, сжимавшие его голову, наконец ослабли и разжались. Она отпустила его, её тело обмякло, будто из него выдернули стержень. Игорь отстранился, его дыхание было тяжёлым, лицо мокрым.

Он посмотрел вниз.

Её киска представала перед ним во всей своей откровенной влажной красоте. Она была ярко-розовой, растёкшейся, сияющей от обилия смазки. Половые губы, ещё секунду назад плотные, теперь были мягкими и слегка приоткрытыми, обнажая тёмно-розовую пульсирующую дырочку, от которой струйкой стекала смесь их жидкостей на кожу её бёдер и на обивку сиденья.