Книга Измена. К черту любовь, страница 59 – Софья Феллер

— Понимаю. А у вас сохранились какие-либо подтверждения платежей: квитанции, выписки со счетов?

— Да, конечно. У меня есть полный архив.

— Это хорошо. Но важно понимать, что если у него есть доказательства оплаты, суд может принять их во внимание. Вам нужно будет доказать, что вы также участвовали в выплатах, и объяснить, почему он вносил деньги.

Я нахмурилась, сжимая телефон крепче.

— Но это же несправедливо! Это была наша общая квартира, и он тогда говорил, что хочет помочь!

Юрист вздохнул.

— Справедливость в суде часто зависит от того, как вы сможете аргументировать свою позицию. Я бы советовал вам подготовить все документы и, если возможно, найти свидетелей, которые могут подтвердить вашу версию событий. Также мы можем выдвинуть встречный иск.

В этот момент я услышала звонок в дверь дверь, и я впустила Рому. Он взглянул на меня, потом на папку с документами на столе.

— Хорошо, я соберу всё, что есть, — быстро закончила я разговор. — Спасибо вам. Я перезвоню.

Я положила трубку и увидела, что Рома держит в руках повестку в суд.

Рома шагнул ближе и, прежде чем я успела понять, что происходит, притянул меня к себе за плечи. Его руки были тёплыми, а объятие — таким уверенным, что у меня перехватило дыхание.

— Рома… — начала я, но он мягко прервал мои слова, нежно поцеловав меня в губы.

Это было неожиданно, но не обидно. Напротив, в его прикосновении была такая смесь нежности и упрямства, что я невольно расслабилась. После поцелуя он медленно провёл губами вдоль моей шеи и замер, словно пытаясь найти ответы на свои вопросы, прижимаясь ко мне.

Я закрыла глаза, чувствуя его дыхание на своей коже. Мы так стояли несколько долгих секунд, прежде чем он тихо спросил:

— Расскажи, что случилось.

Я чуть отстранилась, чтобы встретиться с его взглядом, и вздохнула:

— Кирилл подал на меня в суд. Хочет вернуть деньги за ипотеку.

Его глаза потемнели, и он нахмурился.

— Он что, совсем с ума сошёл?

— Говорит, у него есть доказательства, — ответила я, чувствуя, как его руки, сжавшиеся на моих плечах, постепенно ослабевают.

Рома снова внимательно посмотрел на меня.

— И ты думаешь, это серьёзно?

— Я уже говорила с юристом. Он советует собрать документы и готовиться к суду.

Он медленно опустил руки, но вместо того, чтобы отстраниться, осторожно взял меня за талию, приподнял и усадил на край стола.

— Послушай меня. Ты ему ничего не должна. Всё это просто попытка манипулировать тобой.

— Рома… — начала я, но он перебил:

— Я разберусь с этим.

— Подожди, не надо…

Он не дал мне закончить, аккуратно сняв меня со стола, словно я была хрупкой фарфоровой статуэткой.

— Всё будет хорошо, — бросил он, выходя из квартиры.

Я растерянно посмотрела ему вслед, чувствуя, как в груди разливается смесь тревоги и странного тепла.

Рита

Я возвращаюсь на кухню и начинаю варить себе какао. Не пила его, кажется, тысячу лет, но сейчас вдруг захотелось. В голове всплыли воспоминания о детстве: уютные вечера, когда мама наливала мне горячий, ароматный напиток. С какао всегда ассоциировались спокойствие и тепло, которых мне сейчас так не хватает.

С кухни я выхожу с большой пузатой кружкой, на боку которой красуется черный кот. Устроившись на диване, накидываю на ноги любимый плед. Сейчас это кажется обязательным ритуалом — создать себе кокон уюта, чтобы навести порядок в мыслях.