Книга Трон Печатей, страница 96 – Ада Николаева

— Попробуем кое-что другое, — предложил Кай, протягивая мне распахнутую ладонь.

Я тотчас оплела его пальцы своими и поморщилась, потревожив порез под повязкой.

— Ничего не выйдет! — как попугай бубнил Мич. — Я и сам хочу наружу, но это невозможно.

В очередной раз проигнорировав пессимистичный настрой вынужденного сокамерника, Кай попытался перенести нас двоих в Нижний мир, где имел намного больше власти и мог явиться туда в любой момент, как и перемещаться по самому миру без способности Марка — этакая привилегия королевской семьи.

Секунда. Другая. Ничего не произошло. Как бы принц не хмурился и не рычал от напряжения — пейзаж не изменился. Мы всё ещё стояли посреди библиотечного холла.

— Вот видите! Ничего не вышло, — воскликнул Мич. — Надо думать, как мы будем делиться: два парня и всего одна девушка…

Обернувшись, я наградила бывшего коллегу самым презрительным прищуром, на какой только была способна. Ему определённо стоило помолчать, ведь если бы Кай сейчас не был так сосредоточен на поиске выхода, то вполне мог сократить население этой библиотеки за подобные намёки.

— Попробуем ещё кое-что, — объявил принц, вынимая из кармана тёмных джинсов сложенный в несколько раз лист чёрно-красной бумаги. Немного поколдовав над ней, он протянул бумагу мне.

— Можно, я первый?.. — вклинился Мич, наконец поверив в наши попытки. — Давайте испытаем сначала на мне!

Проигнорировав его просьбу, я оторвала кусок листа и без воды поместила его себе на язык, принявшись разжёвывать. Бумага не растворилась и моё тело не обдало жаром. Она так и осталась обычной бумагой.

— Не работает, — сообщила, выплёвывая на пол пожёванный комочек.

— Чёрт! — выругался Кай, обхватив пальцами переносицу. Он снова думал. — Если и это не сработало…

— … то мы и вправду тут застряли, — закончила мысль за него.

Повисло долгое молчание. Даже Мич больше не осмеливался вставлять свои пять копеек. Иронично, но Кай оказался прав, когда сказал, что мне не стоило входить. Если бы кто-то из нас остался тогда снаружи — мы бы сейчас смогли выбраться.

Прошло несколько часов с момента нашего заточения в библиотеке, а идеи, как отсюда выбраться, — закончились. Мич свернулся калачиком в углу читального зала и уснул. Мы же с Каем остались в холле. Он сидел на стуле, подпирая кулаком подбородок, а я устроилась на столе, свесив ноги. Мы оба молчали, по сотому кругу глазами выискивая новые пути побега. Сейчас нам обоим было не до нежностей, хотя и далеко друг от друга не отходили. Мы попали в опасную ловушку, но от близости наших тел становилось чуточку спокойнее.

Входная дверь, находившаяся так близко, сводила с ума своей недоступностью. Я буквально видела, как через щель между створкой и наличником просачивается красноватый вечерний свет. Возьми да открой эту хлипкую дверь, но нет. На деле проще выбить босой ногой дверцу бронированного танка, чем открыть эту развалюху. Изощрённая пытка, как раз в стиле Беллиана.

— В плену иллюзий… — хрипло заговорила я, устав молчать. — Я согласилась отступиться. Сдалась Беллиану. Всё, во что я верила или хотела верить, — я предала. Ещё несколько часов назад я уверяла себя, что с лёгкостью пожертвую ради благополучия миров жизнью… но только своей. Он это знал и не тронул меня, вместо этого забрав всех, кто мне дорог.