Книга Мой клыкастый лорд, страница 37 – Ольга Романовская

Тяжко вздохнула и развела руками. Сама искоса поглядывала на Присси. Спряталась за сундук, прижимает ладонь к шее. Надеюсь, Элеф не соврал, и я не останусь один на один с новообращенной голодной вампиршей.

— Уверен, — сдержанно улыбнулся родственник Лорда, — с моим подарком решиться на это будет проще.

С этими словами он обернулся к двери, крикнул:

— Заносите!

Слуги втащили в комнату укрытый тканью прямоугольник почти с человеческий рост.

— Трофей, — прокомментировал Элеф. — Его захватили во время стычки с людьми Унгерского еще в прошлом месяце. Сегодня утром я вдруг вспомнил о нем, решил преподнести вам.

По щечку пальцев с прямоугольника сдернули ткань. Под ней оказался мужской портрет в позолоченной раме.

— Везли в замок из мастерской живописца. Это ваш кузен и будущий супруг, герцог Руперт Унгерский. Уверен, в силу родства, вы заочно знакомы с ним с детства. Если проявите благоразумие, сумеете осязать вживую в самое ближайшее время.

Нахмурившись, вглядывалась в черты того, с кем меня обручили. Точнее, Абигаль. Ладно, меня, потому как мы отныне одно и то же. Нет, я, конечно, знала, что это брак по расчету, но не настолько же! Руперт даже отдаленно не походил на прекрасного принца. Ни юности, ни красоты. А у Олеси опять все по-другому! В эпизоде книги, которую жадно листала меньше получаса назад, он представал перед читателем импозантным мужчиной лет тридцати. Тут из импозантного только наряд, дорогой, не спорю. Остальное… Кривые ноги в белоснежных чулках, двойной подбородок, оттопыренная мясистая нижняя губа, надменные глаза, большой острый нос. И это художник еще польстил своей модели. Живописцы всегда льстили, чтобы им заплатили. Про возраст вообще молчу. Несмотря на то, что мы двоюродные брат и сестра, жених годился мне в отцы, если вообще не в деды.

На портрете герцог не первой свежести стоял возле письменного стояла и указывал на разложенную на нем карту. За его спиной висели какие-то знамена и герб в виде пронзающего щит единорога. Написано все без блеска, без огонька, не шедевр мировой живописи.

— Что, не нравится? — ядовито прокомментировал наблюдавший за тем, как я изучаю портрет, Элеф.

— Нет.

Абигаль тоже бы врать не стала. Кому онможет понравиться, покойной баронессе?

— Зато он богат и знатен. Люди ценят в мужьях и женах именно это.

— А у вас будто не так? — раздраженно отреагировала на «шпильку».

— По-разному, — уклончиво ответил Элеф, — но жених и невеста по крайней мере смотрятся гармонично. В силу особенностей старения, даже большая разница в возрасте почти незаметна.

— Сколько ему? — пренебрежительно указала плечом на портрет и, предупредив напрашивающийся вопрос, пояснила: — Прежде я мало интересовалась родственниками матушки, редко видела их. Знала только, что кузен Руперт значительно старше меня.

— Пусть останется сюрпризом. Скажу лишь, что это вторая попытка герцога устроить судьбу своего королевства. В Унгрии вас поджидает падчерица, примерно ваша ровесница. Единственный наследник герцога скончался несколькими годами ранее, и он надеется, что вы с лихвой восполните эту потерю.

Прекрасно, просто прекрасно! Мешок с песком вместо жениха, взрослая падчерица и обязанности племенной кобылы! Прежнюю укатали — Элеф не упоминал, но герцогиня наверняка скончалась.