Книга Мой клыкастый лорд, страница 152 – Ольга Романовская

Изображая, будто задремала на диванчике в дежурной комнате, припоминала свое никчемное существование, сравнивала с жизнью Абигаль. Сначала мы казались такими непохожими, но затем я пришла к противоположному выводу. Хоть бы один поступок! Она покорилась воле родных — а я сбежала из спортзала на первом же занятии. Меня и ее одинаково опекали, ни во что не ставили, а внешность… Здешний мир убедил, счастья красота не приносит. Какая же я была наивная: думала, что, если вдруг стану как Олечка, все волшебным образом наладится.

Заслышав осторожные шаги, отключила ненужные мысли и замедлила дыхание, чуть приоткрыв один глаз, наблюдала за происходящим.

Дверь будуара ее величества бесшумно отворилась, на пороге возник темный женский силуэт со свечей в руках. Догадываясь, что последует дальше, зажмурилась, постаравшись не моргать.

Легкий скрип паркета подсказал: Доротея рядом. Поднесенная к лицу свеча слепила, но я мужественно терпела. Она должна поверить, что я сплю, иначе ничего не выйдет.

Всего пятнадцать минут! Что, если королева и Азней столкнуться?

Доротея убрала руку, однако я не спешила «просыпаться», гадая, стоит ли она по-прежнему возле дивана. Не знаю, сколько времени я провела в таком состоянии. От напряжения затекла шея. И я отважилась открыть глаза. Вроде бы темно и пусто. Но Доротея вампирша, кто ей мешал потушить свечу и усесться, к примеру, в то кресло, чтобы и дальше стеречь жертву? Только подумала — как уловила некое движение. Волосы на макушке стали влажными от пота. Я ощущала ледяное дыхание, боль от острых клыков… К счастью, все оказалось плодом воображения. Королева ушла. Дверь в будуар оставила приоткрытой — меня испугал банальный сквозняк.

Ну с местным богом!

Перекрестившись, хотя всегда считала себя агностиком, аккуратно стянула туфли и на цыпочках прокралась в будуар. Снотворное не подействовало, раз королева спокойно разгуливала по комнатам, нужно проверить, легла ли она обратно в постель или ушла. В зависимости от этого придется корректировать нехитрый план.

Часы в глубине покоев пробили полночь. От неожиданности потеряла равновесие, едва не клюнула носом вперед. Удержалась на ногах, но, хватившись то ли стул, то ли за пуф, наделала шума.

Сердце сжалось до размера горошины. Замерла, как была, согнувшись, готовая в любой момент кинуться вон, однако дверь в спальню не шелохнулась.

Медленно нажала на ручку. Только не скрипи, только не скрипи!

Меня встретила темнота с удушливым запахом крови. Чтобы он выветрился, Доротея распахнула окно. Сама королева отсутствовала. Ночная рубашка и пеньюар скомканными валялись на кровати.

Замерла посредине спальни, пытаясь поймать ускользавшие мысли. Вряд ли Доротея расхаживала по дворцу обнаженной. Значит, после того как ее раздели, она оделась сама — но не в сложный наряд с корсетами и обручами. И даже не в повседневное платье вроде моего: для обоих требовалась помощь служанки. Нет, Доротея припасла что‑то современное — видимо, из моего времени. Сольвейг вполне могла это раздобыть: не зря она работала в том фальшивом офисе. И отравилась тоже не к любовнику, а…

— Доброй ночи! — раздалось вежливое покашливание за плечом. — Я тут уже пару минут стою, жду, когда вы обратите на меня внимание. Судя по сбитому дыханию, опять что-то случилось?