Книга Милалика, страница 34 – Владарг Дельсат

— Тут написано, — показывает мне лист бумаги Серёжа, — что за нами придут через два часа. Ничего с собой брать не нужно, всё выдадут.

— Не нравится мне это, — признаюсь я.

Но нас действительно никто не спрашивает, потому остаётся только быть готовыми. Значит, надо закончить с едой и ждать, когда придут за нами из этой странной школы.

Возникшая прямо посреди комнаты, едва не «вписавшись» в стол, женщина в традиционных русских одеждах меня не удивляет. Мне комфортно в объятиях Серёжи, а там — хоть трава не расти. Женщина оглядывается по сторонам, видит нас и делает какой-то жест ладонью — не опасный, по моему мнению, — поэтому я не реагирую, а любимый меня просто немного прикрывает собой, ожидая развития событий. Выглядит гостья русской красавицей лет тридцати: русые волосы заплетены в причудливую косу, ярко-синие глаза смотрят внимательно, фигура, насколько я могу судить, классическая.

— Надо же, и обручиться даже успели, — улыбается женщина. — Да по обряду — значит, что-то вам ведомо. Всё проще будет.

Она хлопает в ладоши, стол преображается — появляется самовар, сушки, бублики, пряники, печенье в красивых тарелках, расписанных, по-моему, под хохлому. Мне трудно судить, не разбираюсь я в этом. Затем стол украшается и чашками с блюдцами, мёдом, вареньями разными. Выглядит так, как будто всё из воздуха появляется.

— Зовут меня Марьей, — сообщает нам женщина. — Садитесь, почаёвничаем, я вам начало расскажу, а дальше пойдём, значит.

— Здравствуйте, — вспоминаю я о правилах приличия. — Я… Милалика, — почему я вдруг называюсь именем из снов, не знаю, но мне так хочется. — А это Сергей, мой…

— Жених, — заканчивает за меня Марья. — Что для вашего возраста необычно, но истинная любовь не спрашивает.

— Вы знаете? — удивляюсь я.

— Это видно, — отвечает мне женщина, наливая в чашки душистый чай. — Вы садитесь, а я расскажу вам, где вы оказались и почему путь вам только в школу.

— Очень интересно, — замечает Серёжа.

Некоторое время, впрочем, мы молчим. Я, попивая чай, раздумываю о том, почему назвалась именно Милаликой. Серёжа задумчиво хрустит сушкой, сломав её в кулаке. На самом деле, меня и Смерть же так называла, значит, действительно моё имя. Не аукнулось бы мне это, ну да поздно уже.

— Вы умерли или погибли в мире, где обрели друг друга, — отхлебнув чая из блюдца, произносит Марья. — И оказались здесь. Это — не настоящий мир, а что-то вроде отстойника.

— Вот чувствовала я, что так не бывает! — не выдерживаю я. — А почему он такой злой?

— Видать, враги у тебя есть, — отвечает мне она. — Но вам о подобных мирах ещё расскажут, а сейчас ваш путь — со мной. Попьём чайку и отправимся в Комнату Определения.

— Это ещё что такое? — не понимает Серёжа.

В ответ следует лекция. В школу приходят разные люди, из разных слоёв населения. Задача школы — создать стартовые условия для этих людей, но как их разделить? Ведь может и боярыня, привыкшая к своему уровню жизни, прийти, и крестьянка. И если второй сделать что-то самостоятельно проще, то первая, оказавшись на кухне, в лучшем случае расплачется. А мы все приходим детьми, так что могут быть разные нюансы. Поэтому и существует специальная комната, определяющая соответствие статуса и обеспечивающая набором вещей, аналогичных привычным, инструментами, если нужно, и деньгами. Есть некоторая сумма, выдаваемая всем, но если у кого-то есть деньги своего мира, то идёт хитрый пересчёт.