Книга Три желания для золотой рыбки, страница 37 – Кристина Миляева

Пророчество, известие о родителях — все это свалилось мне на голову, словно снег по середине жаркого лета, заставляя нервно кусать губы, оглядываться на прошлое и без уверенности смотреть в будущее. Покачав головой, я добежала до излюбленного укрытия. Огромное раскидистое дерево всегда спасало в трудные минуты. Тут мне думалось лучше всего. Вот и сейчас я решила заняться полезным делом и погрузилась в воспоминания…

Дни медленно ползли, словно ленивые улитки. После грандиозного скандала в моем доме оба маркиза не появлялись. Связываться лишний раз с королевской семьей им было не с руки. Я знала, негодяи будут осторожничать ровно до того момента, пока не поймут, что не все ноги растут из дворца. Мне нужно было постараться отсрочить этот момент как можно дальше, не допустив утечки информации.

Голова от постоянных размышлений начала гудеть и нервы стали сдавать. Чем больше я рассуждала, тем плачевнее начинала выглядеть ситуация. Дела пока обстояли не лучшим образом. Пора мне приниматься за работу и вести агитационную деятельность в попытках нейтрализовать все возможные ходы со стороны моего брата и его не в меру жадного отца. От этой семейки можно было ожидать любых проблем.

Я помолилась всем богам, чтобы эта неприятная история благополучно разрешилась с приездом принца. Правда, не особо верилось в такое положение дел, но я утешалась лучшей надеждой, не давая себе окунуться в пелену тоски и отчаяния. Я еще не проиграла схватку за наследство, а значит, ни в коем случае нельзя опускать руки и идти на поводу у чувства собственного бессилия и злобы.

Но стоило мне перестать трястись и шарахаться от каждой тени, служанка принесла не самую приятную нежданную весть: в поместье прибыл экипажи королевских модисток. Словно мне целого взвода непрошенных гостей было мало! После нудной проверки крови и трех часов на ногах, я была совсем не рада идти встречать еще и этих милейших дам. У моего дома были собственные портные, которые во сто крат лучше всей этой бесполезной вереницы. Но отказываться было невежливо и неуместно: по задумке королевы девушки должны были подготовить для меня платье к балу по случаю торжественного возвращения ее отпрыска, в конце этой бесконечной недели.

После стольких разговоров, мне стало понятно, что о намерениях сына в отношении меня королевская чета была осведомлена, и теперь мне приходилось держать оборону еще и с этой стороны. Менять платье, сшитое по заказу покойной герцогини, на полет фантазии этих дам я не собиралась. Пойду в том, в чем сама захочу, и никто не сможет заставить меня одеться, уподобляясь расфуфыренному павлину. Герцогини дома де Шаларгу никогда не опускались до уровня развратных девиц с центральной площади.

Решительно согласившись сама с собой, я направилась встречать очередных незваных гостей и наслаждаться противостоянием моих модисток и придворных швей. Баталии обещали быть интересными и горячими. Все же работников в поместье леди Диктория, боги упокойте ее душу с миром, подбирала сама и по строжайшим критериям. За девушек я не боялась — они и воинам королевской гвардии в горло вцепятся мертвой хваткой. Придворные портные им в этом плане не могли составить конкуренцию и хоть как-то навредить.

В холле поместья уже разворачивались первые военные действия, и все происходящее принимало вполне серьезный масштаб. Мои девушки встали грудью на защиту уже пошитого гардероба и не собирались пускать королевских портных дальше холла. Понятное дело, что в отличие от дворца, тут прислуга королевской семьи не имела никакой силы голоса. Оправдать все принятые здесь решения приказом свыше у них не получится, и модистки это прекрасно понимали.