Книга Холодные голоса, страница 79 – Татьяна Волчяк

— Почему так долго? Профессор отвлекся от созерцания черных переплетений нитей. Перевел глаза на меня, окинул взглядом.

— Вам нужен лекарь. И вам следует переодеться. У меня это будет сделать быстрее и без привлечения лишнего внимания.

Я так и замерла, зажав в пальцах уголок шторки.

— Мы что, едем к вам домой? — всполошилась, округляя глаза. — Это же неприлично!

— Да, действительно, как я не подумал, — издевался некромант. — Давайте лучше вернемся в академию в таком виде. Разбудим целителей и объясним, каким образом вы оказались полуголой возле борделя.

Я прищурилась, глядя на него. Так и хотелось ответить колкостью, и в общем, я не сдержалась:

— Профессор, а что вы́ делали в таком месте? — слово «бордель» решила не использовать.

Арк, даже не шелохнувшись, ответил:

— У меня там была встреча, — сухо, без эмоций, не отрывая взгляда от меня.

— Вот, значит, как это называется. Встреча… — Я хотела уколоть, задеть его самолюбие. А сама чувствовала раздражение. «Веду себя как ревнивица, у которой муж ходит к другим женщинам удовлетворять свои потребности. Мне какое до этого дело? Пусть магесса Верг блюдет его нравственность. Зачем я ему это сказала? Еще подумает, что я к нему неравнодушна. Вот же штырь!»

Карета плавно остановилась. Кучер, невысокий мужчина в темном камзоле, открыл дверь. Я первая выскользнула из салона, радуясь, что разговор о борделе можно не продолжать. В лицо пахнул холодный воздух. Накидка профессора спасала от ветра, но под ней была мокрая рубашка, которая неприятно прилипала к телу. Поежившись, я посмотрела на дом профессора. Небольшой двухэтажный особняк ярко освещался уличными фонарями. Темный цвет здания подходил своему хозяину, мрачному, закрытому, строго хранящему секреты. Дом располагался на возвышенности, к нему вели каскадные ступени. По обеим сторонам лестницы стояли высокие резные колонны, увитые плющом, у подножья ее красовались вазоны с цветами. Свод над пролетом был из деревянных брусьев. Должно быть, в солнечную погоду это будет выглядеть красиво. Свет будет проникать сквозь промежутки между брусьями и расходиться лучами, падая на листья плюща.

Мы с Арком поднялись по лестнице к дому и остановились в довольно большом внутреннем дворе, выложенном камнем. По его периметру были установлены скульптуры. Некоторые я узнала, например, бюст одного из почивших подданных Интарии. Кажется, он был сильным некромантом. Арк что-то сказал кучеру и затем обратился ко мне:

— Пойдемте, — подталкивая вперед и отвлекая от осмотра произведения искусства.

Мы вошли в дом, прошли холл и оказались в уютной зале. Сдержанный декор, ничего лишнего и броского, нейтральные цвета без ярких пятен. Высокий потолок, арочные окна с открывающимися фрамугами. Несколько пуфов для сидения и широкая козетка по центру.

К нам подошел дворецкий, невысокого роста мужчина с гладко зачесанными назад седыми волосами, в строгой черной форме, с брошью в виде золотого дерева на груди. «Интересно, они добровольно носят такую же одежду, как хозяин дома, или это любимый цвет профессора и он заставляет их?»

— Доброй ночи, господин.

— Доброй, Мирон. Проводи, пожалуйста, юную эйту в гостевые покои.

— Слушаюсь, — поклонился дворецкий и указал мне на лестницу.

Я возражать не стала. Хотелось поскорее вымыться и переодеться во что-нибудь сухое и чистое.