Книга Муза желаний, страница 55 – Татьяна Волчяк

— Что? Я вас не понимаю.

— Ну-ну, прекрати… Ты сбежала. Ослушалась меня и сбежала. Ой, как нехорошо. Неужели думала, что я тебя не найду? Не узнаю под иллюзией? Такие прекрасные карие глаза, — прикоснулся к моей щеке, больно надавил на веко, словно хотел стереть с меня личину. — Глубокий цвет, будто ночь, а в ней горят звезды. Знаешь, а мне нравится. За ними не видно твоей приторной сладости и правильности. Нет той зелени в радужках и чистоты, что меня всегда бесила в тебе. Все в твоем лице обман, но манеры и взгляд остались теми же. Сладкая пугливая женушка. Ты так и не поняла, что я добиваюсь своего всегда. А ты моя. Принадлежишь мне. Будешь выполнять все, что я скажу.

— Вы меня с кем-то спутали, — пытаюсь сказать уверенно, без дрожи в голосе.

— Серьезно? — засмеялся Синтер. — Ты правда думаешь так улизнуть? Это глупо. Но мило. — Он дернулся и сжал мое горло рукой. Осматривает меня, а я захлебываюсь от страха. Еще немного сожмет пальцы, и моя жизнь закончится здесь и сейчас.

— Вы… — хриплю. — Отпустите!

— Все ненастоящее, — фыркает чудовище. — А запах лесных ягод тот же. Это так странно… Но, Эва, я скучал.

Утыкается носом в мои волосы, делает глубокий вдох. Сминает прядь волос на затылке и со звериной яростью тянет вниз. Спускается губами к шее и прокладывает дорожку из омерзительных отметин, поцелуев. Задерживаю дыхание и — где берутся силы, не пойму — отталкиваю Синтера от себя. Вырываюсь на свободу, делаю взмах рукой, и зеркало со стены летит в мужа. Он успевает увернуться, а стекло разлетается на крупные осколки. Звенит в ушах. Немедля призываю магией цветок с подоконника, и он ударяет Синтера в плечо. Муж разъярен, рычит орком и проворачивает тот самый камень на своем кольце. Не успеваю выбежать из комнаты, застываю в неудобной позе.

— Гадина. Испачкала костюм, — отряхивает он землю с пиджака, брезгливо переступает осколки зеркала и подходит ко мне. — Я смотрю, ты осмелела без моего присутствия. Так я тебе напомню, что меня слушаются все, тем более ты.

Я гляжу на его руку, где красный огонек кольца перевернут и отсвечивает мутным серебром. Сколько раз я гипнотизировала взглядом его пальцы, молила глазами, чтобы он снял заклинание и дал отдых моему телу. Он все понимал, но нарочно терзал за неповиновение.

— О милая, узнаешь камушек? — оскалился мучитель.

Скинул со стула крошки земли, подтянул брюки на коленях для удобства, сел передо мной и развел ноги в стороны. Вальяжно раскинулся, опираясь о спинку, и с ленцой наслаждается моей позой. Я стою на одной ноге, другая зависла в воздухе, делая шаг. Волосы упали на глаза и застыли мертвым покрывалом. Я тянусь к дверной ручке, а поясница уже ноет.

— Хорошо. Теперь можно поговорить.

— Сволочь, негодяй, изверг! Чтоб тебя штыри жрали, долго и мучительно! Ненавижу!.. Как же я тебя ненавижу! — кричу, а изо рта лишь хрипы.

— Что, не хочешь со мной разговаривать? — веселится, рассматривая меня вблизи. — Придется, милая, придется. Как ты попала в академию? Документов нет, они все у меня. И имя сменила. Чью фамилию взяла? — ведет беседу сам с собой. — Купила поддельные бумаги?

Я встрепенулась, насколько это было возможно, учитывая мое замершее тело. Синтер всегда был умен. В этом ему не отказать. Находил лазейки и выкручивался из разных ситуаций, не подкопаться, не предъявить претензий. И здесь ему не составило труда догадаться.