Онлайн книга «Скорачи»
|
Сергей Итак, бал. Чего я только себе за это время дрессировки не напредставлял, но все оказывается значительно проще: огромный зал, по стенам зеркала сплошные и толпы народа в нем. Укладку я оставляю у обеденного стола, длинного, на всю залу, по-моему. Ну, там можно будет пожр… принять пищу в перерыве. Ну а пока я веду мою Вареньку вдоль этих зеркальных стен, и как-то мне не по себе. — Страшно, — признается моя любимая, — непонятно с чего, кстати. — Ну пойдем посмотрим на это… — негромко предлагаю я, мигрируя к укладке. В этот момент к нам подходит Евлампий. Он внимательно смотрит на Варю, затем на меня и вздыхает. То есть лекарь видит: что-то нехорошо, но не знает, как к проблеме подойти, чтобы нас в чем-то убедить. — Сергей, — наконец говорит царев лекарь, — я дам сейчас и тебе, и невесте твоей отвар. Вам станет легче, но после бала надо будет поговорить. — Проблема взрослости? — интересуюсь я, считая, что понял, почему нехорошо. — Да, — кивает он. — У Милалики похожая, так что общаться надо будет вместе. — Несмешно, — констатирует Варенька, до которой доходит суть проблемы. Выпив терпкого отвара, я благодарно киваю коллеге, задумавшись о корне проблем. А корень простой — память у нас много чего содержит, и вот это «много чего» перегружает мозг, на такие объемы еще пока не рассчитанный. Он, конечно, пыхтит и тужится, но столько связей построить не способен, отчего у нас в ближайшее время возможны проблемы. Кроме того, пока мы еще дети, к лечению нас не допустят. По очень многим причинам, перебирать которые еще раз не стоит, но до окончания школы наши перстни лишь красивая побрякушка. Мама сказала, что возлагать ответственность на детей противно самой сути Тридевятого, потому имеем, что имеем. Что теперь делать, совершенно непонятно, но, возможно, у Евлампия есть рецепт. А пока на бал прибывает царская чета в полном составе. Величественно вышагивающие царь с царицей сопровождаются Милаликой с тезкой, при этом стражи вокруг как грязи. Она, эта стража, и реагирует на что-то произошедшее с царевной и царевичем. Хотя, судя по Вареньке, я понимаю, что именно: растопырило царевну, как совсем недавно любимую мою. Это, кстати, говорит о том, что решать надо довольно срочно, потому что хорошо для наших девочек это не закончится. Ну а пока у нас сначала приветственное слово, а потом танцы. Приветственное слово я привычно пропускаю мимо ушей, отмечая, что проблемных пар у нас, похоже, только две: царевна с женихом и я с Варей. Интересно, с чем это связано? Звучит музыка, и я увлекаю мою Вареньку в кружение и притопывание. Все-таки огромное это удовольствие — кружить любимую в танце. Лететь, будто на крыльях… И сама она такая счастливая, что я эти мгновения, наверное, на всю жизнь запомню. Мы кружим, рядом кружит и царевна с женихом, такая же счастливая, как Варенька моя, еще девчонки и мальчишки, перезнакомившиеся уже. И есть у меня ощущение такое… Такое ощущение, что отделен я от этих веселящихся детей гранью какой-то невидимой, отчего грустно сразу же становится, но я грусти своей не показываю: незачем портить любимой ее первый бал. Поэтому мы радостно кружим, пока не заканчивается танец. Варенька увлекает меня к столу, тянется к бокалу… — Знаешь, — говорит она мне, — все здорово, но ощущение странное. |