Книга Истинная творца, страница 4 – Натали Нил

— Слушай, удиви меня. – очаровательно улыбнулась красотка и бросила кокетливый взгляд из-под густых ресниц. Длинные пальчики играли с тонким локоном, заставляя его переливаться золотом.

— Хм-м. И что бы такого придумать для девушки, которую балует сам император великой Империи? – Дайрам шутливо нахмурил лоб, делая вид, что лихорадочно перебирает варианты. – Поехали смотреть допотопных ящеров?

Ливия фыркнула и на секунду выпятила губы. На её родной Лании монстров давно не осталось. Вся экосистема была чётко сбалансирована её истинным. При воспоминании о Лидане, соблазнительно сочные губы скривились. Ей показалось, что рот наполнился горечью. Истинность…

— А полетели! – и тонкая узкая ладонь нетерпеливо стукнула по мужскому бедру под тонкой серебристой тканью самых модных брюк.

Дайрам довольно хмыкнул и тут же поднял флайер в воздух. О, он сможет её поразить. И на этот раз не только видами невероятно реальных чудищ, но и кое-чем ещё…

В просторной гостиной шикарных апартаментов, предоставленных Овией великим алланийцам, в полный рост переливалась, мерцая, голограмма брата адмирала. Красивое лицо творца, обычно спокойное и благодушное, сегодня было напряжённым.

— Ян, история обретения истинности нашими родителями всегда удивляла меня. Наш отец был терпелив и долго добивался маму. Но тебе не кажется, что я даже его переплюнул? – уголки губ творца изогнула горькая усмешка.

Лидан очень старался держать себя в руках, но последнее время выдержка предавала его. Всё чаще он выходил из себя от раздражающего бессилия.

Несговорчивость истинной заставляла всегда спокойного творца терять терпение и горячиться. Он нервно потёр лоб изящными пальцами. Сказал с какой-то обречённостью в голосе:

— Даже не знаю… Мне кажется, Первый* наказал меня. Только за что? Никак не пойму. За что, Ян?

Адмирал расслабленно сидел в кресле и понимающе улыбался, наблюдая за голограммой брата. Он прекрасно понимал его чувства. Да, истинность может быть наказанием. Кому, как не ему, знать? Он дал брату высказаться, излить душу. Но Ливия была и его дочерью. В словах Лидана, конечно же, была правда, однако желание защитить дочь взяло верх.

Ян Ал-Тэддис легко поднялся из кресла и встал напротив голограммы.

— Лидан, я тебе очень сочувствую. В чём-то ты прав. Истинность – не всегда благословение. Все мы проходим свой путь. И я сходил с ума, обрёл и потерял. И снова обрёл. Терпи, брат. Ты же не думал, что Ливия с разгона прыгнет в твои горячие объятия? У молодой красавицы свои интересы. – усмехнулся адмирал.

От слов брата у Лидана нервно дёрнулась щека.

— Свои интересы… свои желания… - задумчиво эхом повторил за адмиралом. – Ты знаешь, что я работать не могу? Зов истинной сводит с ума! Только о ней и думаю. Да Ливия из меня нервного подростка сделала. Меня изводит ревность. Только представь! Вот зачем вы взяли её с собой? Вокруг неё всегда крутятся эти мальчишки. Это только усложнило всё. – он провёл рукой по белоснежным волосам, пытаясь взять себя в руки.

Находясь за сотню световых лет от брата, Ян чувствовал его боль и раздражение.

— Эй, Лидан, тормози. – сказал с мягкостью, на какую только был способен. - Никто не собирается запирать нашу девочку в клетку ради твоего спокойствия. Или ты думаешь, она обрадуется, узнав, что её истинный пытается лишить её свободы? Очень умно. Ты хочешь, чтобы она тебя возненавидела? – Ян сдержанно улыбался.