Книга Русалий ген: Таяна, страница 26 – Рита Аристова

— Я благодарна тебе за всё, но пойми, не приживалка я по натуре. Мне в тягость задарма с твоего стола есть, да и вообще существовать... — Я бы и дальше эту мысль развила, вот только не успела. Как скала навис надо мной мужчина, перемахнув через стол. Серые глаза его потемнели, а губы сжались в тонкую линию. Весь его вид говорил о том, что он со мной не согласен.

— А теперь послушай меня. Пока я вожак стаи «Сумеречного леса», ты будешь жить моём доме и есть с моего стола. Работать ты не будешь, потому что у тебя другие задачи. Не по статусу тебе это. Поняла? — Он очень страшен в гневе, вот это я точно поняла. Съёжившись в кресле, я с вызовом смотрела в глаза, что темнее ночи.

— Нет, не поняла! — Выпалила я. Ральф прикрыл глаза и стоял так минуты две, а я думала, что же за этим последует.

— Осторожнее, Тая. Не советую тебе вступать со мной в открытое противостояние... — Медленно произнёс Ральф.

— А то, что? — Снова нарушала я им установленное правило «слушайся и будет тебе счастье».

— Можешь удивиться раньше времени. Ты слишком долго была на ногах. Допивай чай и иди к себе. Тебе надо восстановиться, прежде чем... — И снова оборвал он фразу, заставляя меня теряться в догадках. Нет, не то, чтобы я была тугодумкой, но конкретика, она как-то мне ближе. Решив не испытывать больше удачу и набраться сил для следующего спора, я ушла к себе под провожающим меня пристальным взглядом оборотня.

Сидеть в комнате, когда у меня столько вопросов невыносимо скучно. Ральф не появлялся, чему я была и рада и нет. С одной стороны, он единственный, кто может поделиться со мной информацией об острове, с другой, я не хотела его видеть. Каждый наш разговор заканчивается чем-то вроде: «Я так сказал, я так решил, а ты Тая, просто прими это». Но я не умею просто принимать как данность чужие распоряжения, да и вообще терпеть не могу запреты!

Когда одиночество начало давить на меня своей оглушающей тишиной, мне в голову просочилась мысль, с кем бы я могла пообщаться, не рискуя быть съеденной. Чудесные большие птички живут в клетке на балконе его волчьего величества. Раз мой надзиратель не хочет больше со мной общаться, отправив сюда в одиночную камеру, я найду ему замену.

Откинув край одеяла, я ступила босыми ногами на деревянный пол и на носочках подкралась к двери. Навострив уши, я пыталась услышать, что твориться за дверью, но как в комнате, так и во всём доме было тихо. Надо же, никто никого не мутузит и с тех пор как ушёл Диего, гости не появлялись. Осторожно приоткрыв дверь, я понадеялась, что не встречу на своём пути препятствий в виде большого и злого оборотня.

Ральф, обыкновенно не сидел в своей комнате и уходил туда лишь ближе к ночи, поэтому я не опасалась быть пойманной на месте преступления, скорее оно могло не состояться, если оборотень поймает меня на подходе. Быстрыми и, по возможности, тихими шажочками я добралась до его спальни и открыла дверь, которая, к моему счастью, не скрипнула.

Выдохнув, что «шалость удалась», как написано в одной известной книге, я направилась к балконной двери. Вот только, оказавшись, посреди комнаты Ральфа, я никак не ожидала застать здесь её хозяина. Из ванной доносился шум воды, но как раз сейчас прекратился. Упс! Я всегда удивлялась таким моментам в кино, не веря в подобные совпадения, но в последнее время моя жизнь — смесь всех жанров вместе взятых. Одно стало ясно, смыться незамеченной у меня не получится, а потому я приняла самое верное, на мой взгляд, решение делать вид, что имею право здесь находиться, да и вообще по делу пришла.